Судебная практика по ст 159 ч2 ук рф

Рубрики Наша практика

Судебная практика по ст 159 ч2 ук рф

изучения судебной практики по уголовным делам, о мошенничестве,

присвоении и растрате (ст. 159-159.3, 159.5, 159.6, 160 УК РФ)

Ленинским районным судом г. Пензы в 2016-2017 г.г. вынесены судебные решения (вступили в законную силу) по ст. ст. 159-159.3 УК РФ по 29 уголовным делам, по ст. 160 УК РФ по 2 уголовным делам.

Мировыми судьями за исследуемый период рассмотрено 10 уголовных дел о мошенничестве (ст. ст. 159-159.3 УК РФ), 1 уголовное дело по ст. 160 УК РФ.

Настоящая справка составлена с учетом предложенной Пензенским областным судом программой.

Мошенничество (ч. 1-4 ст. 159 УК РФ)

1. а) При рассмотрении уголовного дела №1-150/16 в отношении Мельникова М.М., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ, суд посчитал вину подсудимого установленной и квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 159 УК РФ, как хищение чужого имущества, путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, в крупном размере.

Под обманом в данном уголовном деле подразумевается, то, что Мельников М.М., будучи уволенным из ИП 1 на основании приказа об увольнении № от ДД.ММ.ГГ., являясь в период с ДД.ММ.ГГ.по ДД.ММ.ГГ. сотрудником ИП 2 — менеджером мебельного центра «данные изъяты», расположенного по адресу: «данные изъяты», умышленно, из корыстных побуждений, имея цель, направленную на совершение мошенничества в отношении Е.Ю., понимая необходимость возмещения своих долговых обязательств и исполнения заключенных им договоров на поставку мебели, возникших в период времени с 2014 по 2015 года, путем обмана, под предлогом поставки мебели и встраиваемой бытовой техники для кухни, не имея реальной возможности и намерений исполнить взятые на себя обязательства, похитил чужое имущество — денежные средства Е.Ю. на общую сумму «данные изъяты» рублей, с причинением значительного ущерба потерпевшей, в крупном размере.

При рассмотрении уголовного дела №1-43/16 в отношении Полякова А.А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, суд посчитал вину подсудимого установленной и квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 159 УК РФ, как хищение чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину.

Под обманом в данном уголовном деле подразумевается, то, что Поляков А.А., работающий на основании агентского договора в должности агента ООО «данные изъяты», в обязанности которого входило от имени и за счет ООО «данные изъяты» осуществлять переговоры с третьими лицами, желающими заказать услуги ООО «данные изъяты», скрывая свои истинные корыстные намерения, реализуя свой преступный умысел, направленный на хищение денежных средств, принадлежащих С.А., путем обмана, под предлогом оказания посреднических услуг между С.А. и подрядной организацией, заключил с С.А., с одной стороны, и ООО «данные изъяты», с другой стороны, договор поручения на передачу денежных средств, подписав данный договор от своего имени, достоверно зная, что полномочий по заключению договоров от имени ООО «данные изъяты» не имеет. С целью реализации своего преступного умысла, скрывая истинные корыстные намерения, Поляков А.А. ввел в заблуждение С.А., сообщив последнему заведомо ложную информацию о том, что денежные средства, которые он получит по договору поручения, использует для бронирования недвижимого имущества, при этом не намеревался исполнять принимаемые на себя по договору обязательства. Будучи введенным Поляковым А.А. в заблуждение и не подозревая о его преступных намерениях, С.А. передал ему денежные средства, а Поляков А.А. не намереваясь исполнять принятые на себя обязательства по договору поручения на передачу денежных средств, либо возвращать денежные средства, полученные им от С.А., продолжая вводить С.А. в заблуждение относительно своих преступных намерений и обманывать его, неоднократно сообщал С.А. ложные, не соответствующие действительности сведения. Похищенные обманным путем денежные средства, принадлежащие С.А., Поляков А.А. не вернул, принятые на себя обязательства по договору поручения на передачу денежных средств не исполнил, а распорядился похищенными денежными средствами, принадлежащими С.А. по своему усмотрению, причинив тем самым С.А. имущественный ущерб в значительном размере.

б) Уголовных дел о мошенничестве с одним квалифицирующим признаком — путем злоупотребления доверием, не имелось.

Имелись уголовные дела о мошенничестве, по которым действия виновных лиц квалифицировались по одному факту – хищения чужого имущества с применением обоих признаков мошенничества обман и злоупотребление доверием.

1. При рассмотрении уголовного дела №1-47/16 в отношении Табаевой И.А., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, суд посчитал вину подсудимой установленной и квалифицировал ее действия по ч. 2 ст. 159 УК РФ, как хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба гражданину.

Под обманом и злоупотребление доверием в данном уголовном деле подразумевается, что Табаева И.А. при встрече со знакомой И.В., получила от нее информацию о том, что сын И.В. — А.В. имеет желание уклониться от прохождения обязательной военной службы в Вооруженных силах РФ. Табаева И.А., располагая сведениями о процедуре прохождения военно-врачебной комиссии в военкомате, не имея реальной возможности оказать помощь в признании негодным последнего к прохождению обязательной военной службы в Вооруженных силах РФ по состоянию здоровья, действуя умышленно, путем обмана И.В., злоупотребляя ее доверием, ввела последнюю в заблуждение, сообщив ей заведомо ложные сведения о возможности оказания помощи А.В. в получении военного билета, предоставляющего право освобождения от прохождения обязательной военной службы в Вооруженных силах РФ по состоянию здоровья. Табаева И.А., действуя умышленно, из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность и противоправность совершаемых ей действий, реализуя свой преступный умысел, направленный на хищение денежных средств, принадлежащих И.В., путем ее обмана и злоупотребления доверием, не намереваясь исполнять принимаемые на себя обязательства, сообщила И.В. заведомо ложную информацию о том, что у нее есть знакомые, которые за денежное вознаграждение смогут оказать помощь А.В. в получении военного билета, предоставляющего право освобождения от прохождения обязательной военной службы в Вооруженных силах РФ по состоянию здоровья. И.В., не подозревая, что Табаева И.А. не собирается исполнять принимаемые на себя обязательства, согласилась с ее предложением, будучи, таким образом, обманутой и введенной в заблуждение относительно преступных намерений Табаевой И.А., перечислила Табаевой И.А. денежные средства, которые она якобы должна была передать своим знакомым, которые Табаева И.А. похитила, не намереваясь исполнять принимаемые на себя обязательства.

2. Сложностей в разграничении деяний, предусмотренных ст. 159 УК РФ и ст. 238.1, 171.1 УК РФ, не имеется.

3. Случаев, когда в действиях лица имело место идеальная совокупность преступлений, предусмотренных ст. 159 УК РФ и иными статьями Особенной части УК РФ, не имелось.

4. Сложностей при определении момента окончания преступления не возникает. В пленуме Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 года №51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» дано точное определение момента окончания преступления, каких либо дополнительных разъяснений не требуется.

Мошеннические действия признавались оконченными с момента, когда похищенное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению. Если мошенничество совершено в форме приобретения права на чужое имущество, преступление считается оконченным с момента возникновения у виновного юридически закрепленной возможности вступить во владение или распорядиться чужим имуществом как своим собственным (в частности, с момента регистрации права собственности на недвижимость или иных прав на имущество, подлежащих такой регистрации в соответствии с законом; со времени заключения договора.

В случае если виновное лицо, не имело реальную возможность пользоваться или распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению, мошеннические действия носят неоконченный характер.

4.1 а) Покушение на мошенничество:

По уголовному делу №1-80/2016 в отношении Умнова Г.М., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч.4 ст. 159, ч.1 ст. 222 УК РФ, суд посчитал вину подсудимого установленной и квалифицировал его действия по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 и ч. 1 ст. 222 УК РФ, как покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием в особо крупном размере, и незаконные приобретение и хранение боеприпасов.

Умнов Г.М., являющийся адвокатом, действуя путем обмана и злоупотребления доверием, решил похитить имущество, принадлежащее П.В., действуя из корыстных побуждений, сообщил П.В. заведомо ложные сведения о том, что он сможет решить вопрос в органах судебной системы Пензенской области, связанный со снижением срока наказания П.В., по будущему приговору Ленинского районного суда г. Пензы за вознаграждение в размере «данные изъяты» рублей, при этом осознавая, что никак не может повлиять на решение вопроса о смягчении срока наказания и не собираясь совершать каких-либо действий по выполнению взятых на себя перед П.В. обязательств. П.В., будучи введенным в заблуждение Умновым Г.М. относительно возможности решения последним вопроса о снижении срока наказания по приговору суда, не желая наступления для себя негативных последствий, связанных с назначением судом длительного срока наказания в виде лишения свободы, передал Умнову Г.М. денежные средства в размере «данные изъяты» рублей. Однако свой преступный умысел, направленный на хищение у П.В. денежных средств, Умнов Г.М. до конца не довел и распорядиться полученными денежными средствами не смог, так как непосредственно после получения денежных средств был задержан сотрудниками УФСБ России по Пензенской области.

б) уголовных дел, по которым мошеннические действия виновного лица, квалифицировались как приготовление к мошенничеству, в производстве Ленинского районного суда г. Пензы за исследуемый период, не имелось.

5. Отсутствие у лица намерения исполнить обязательства, связанные с условиями передачи ему чужого имущества или приобретения права на него, подтверждаются исследованными в судебном заседании показаниями свидетелей, результатами оперативно-розыскной деятельности, иными документами (договорами, приказами), подтверждающие отсутствие возможности выполнить принятые на себя обязательства.

6. Примеров, по которым действия лиц, имеющих целью хищения чужого имущества или приобретение право на него, дополнительно квалифицировались по ст. 173.1 УК РФ, не имелось.

7. Уголовных дел, по которым действия виновных лиц, квалифицировались как мошенничество, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение, не имелось. Вопросов, связанных с установлением причинно-следственной связи между совершенными виновными действиями и наступившими последствиями, не имеется.

Действия виновного лица следует квалифицировать как мошеннические действия, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение, в случае, если потерпевшим от данного вида мошенничества, утрачено право собственности на недвижимое имущество, используемое и признанное в качестве жилья.

7.1 Жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного или временного проживания граждан.

Право на жилое помещение – подразумевает право собственности на недвижимое имущество, пригодно для постоянного или временного проживания граждан.

8. Пример квалификации мошеннических действий как единое продолжаемое преступление:

Ленинским районным судом г. Пензы Шайхилисламов Т.В. осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ за хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием потерпевших В.А., М.В., О.Ю., А.Д., Г.А., А.И., Н.А., С.А., Л.М., К.К., А.Д., О.В., В.Н., Т.Н., Ю.Х., в особо крупном размере.

Шайхилисламов Т.В., имея единый умысел на хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, в особо крупном размере у неопределенного круга лиц, проживающих на территории г. Пензы и Пензенской области, осознавая противоправный характер своего замысла и возможные последствия предстоящей преступной деятельности, реализуя свой преступный план в рамках деятельности юридического лица, к которому он, по его замыслу, юридически отношения не имел, с целью сокрытия факта своей причастности к планируемой незаконной деятельности и намерением переложить возможную юридическую ответственность на подставное лицо, неустановленным способом получил пакет документов зарегистрированного в установленном законом порядке Общества с ограниченной ответственностью «данные изъяты», заключил договор аренды нежилого помещения, предназначенного под офис ООО «данные изъяты», по адресу: «данные изъяты», для придания видимости реальности и законности деятельности ООО «данные изъяты», в целях увеличения количества клиентов, размещал в средствах массовой информации рекламные объявления, содержащие сведения о выплате процентов в соответствии с заключенными договорами займа и в рамках деятельности зарегистрированного ООО «данные изъяты», путем обмана и злоупотребления доверием, привлекал в своё распоряжение денежные средства от потерпевших – клиентов ООО «данные изъяты», с целью их последующего хищения, посредством заключения с ними договоров займа, необходимых для создания у потерпевших видимости реального характера договорных взаимоотношений, на разработанных Шайхилисламовым Т.В. бланках договоров займа, под предлогом размещения денежных средств граждан в различных коммерческих проектах, якобы гарантирующих высокую процентную ставку по займу, при этом изначально, не имея намерений исполнять принимаемые на себя обязательства по исполнению условий договоров займа. Шайхилисламов Т.В. каких-либо выплат по договорам займа с потерпевшими не производил, полученные денежные средства путем обмана и злоупотребления доверием, похитил и обратил в свою пользу, причинив потерпевшим имущественный ущерб.

Примеров квалификации мошеннических действий как совокупность однотипных преступлений, не имелось. Вопросов при квалификации таких действий не возникает.

8.1 Для квалификации мошеннических действий в отношении имущества разных владельцев, имеет значение объективная сторона преступления, если деяние состоит из однородных мошеннических действий, направленных для достижения общей единой цели в отношении имущества разных владельцев и составляющих в своей совокупности единое преступление, то такие деяния квалифицируются как единое продолжаемое преступление.

9. Действия виновного лица, в том случае, когда владелец денежных средств, находящихся на банковских счетах, электронных денежных средств либо сам осуществлял их перевод злоумышленнику, либо передает ему конфиденциальную информацию, необходимую для получения доступа к денежным средствам квалифицировались как мошеннические действия с соответствующими квалифицирующими признаками.

9.1 Действия лица, направленные на получение денежных средств, находящихся на банковских счетах, электронных денежных средств, признавались покушением на хищение, в случае отсутствия возможности виновного лица распоряжения денежными средствами. Оконченным преступлением считается момент обращения лицом в свою пользу денежных средств, находящихся на счетах в банках с момента зачисления денежных средств на счет лица, которое путем обмана и злоупотребления доверием изъяло денежные средства со счета их владельца, либо на счета других лиц, куда похищенные средства поступили в результате преступных действий виновного.

10. Примеров, по которым один из участников «мошеннической схемы» выступал банк, не имелось.

11. Мошенничество отграничивают от преступлений, предусмотренных ст. 165, 172.2, 300.3 и 330 УК РФ при отсутствии признаков хищения.

12. Случаев вынесения оправдательных приговоров по исследуемой категории дел, не имелось.

Мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности (ч. 5-7 ст. 159 УК РФ)

Дел, указанной категории, не имелось.

Мошенничество в сфере кредитования (ст. 159.1 УК РФ)

18. Сложностей при отграничении преступления, предусмотренного ст. 159.1 УК РФ, совершенного индивидуальным предпринимателем либо руководителем организации, от преступления, предусмотренного ст. 176 УК РФ, не возникает.

18.1 Случаев переквалификации содеянного со ст. 159.1 УК РФ на ст. 176 УК РФ, не имелось.

19. В качестве иных кредиторов по уголовному делу №1-4/2016 в отношении Тимиршиной Ю.А. мировой судья признавал – микрофинансовую организацию ООО «данные изъяты».

20. По рассмотренным уголовным делам субъектом преступления, предусмотренного ст. 159.1 УК РФ признавались физические лица, достигшие 16 лет, выступающее по договору займа в качестве заемщика. По данной категории дел, участвующие лица не могут быть родственниками, близкие заемщику лица.

21. 22. Примеров, когда действия лица, не обладающего статусом заемщика, но непосредственно участвующего совместно с заемщиком в хищении имущества путем обмана, не имеется.

23. Случаев квалификации действий виновного по ч. 3 ст. 159.1 УК РФ, не имелось.

Мошенничество при получении выплат (ст. 159.2 УК РФ)

24. Приговором Ленинского районного суда г. Пензы от 10 марта 2016 года Оглы Н.А. осуждена по ч. 3 ст. 159.2, ч. 3 ст. 159 УК РФ, за завершение мошенничества при получении выплат, то есть хищении денежных средств в крупном размере при получении пособий и иных социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем представления заведомо ложных и недостоверных сведений, а также в совершении мошенничества, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана в крупном размере.

Оглы Н.А., фактически не рожая ребенка, приобрела у неустановленного следствием лица по имени «Рубина», неосведомленной о ее преступном умысле не соответствующее действительности свидетельство о рождении ребенка Оглы К.С. за денежное вознаграждение в размере «данные изъяты» рублей, после чего реализуя преступный умысел, направленный на хищение денежных средств в крупном размере, при получении иных социальных выплат, установленных законом, путем предоставления заведомо ложных и недостоверных сведений, осознавая, что не рожала ребенка и не имеет законного права на получение средств МСК, представила в УПФР заявление о выдаче государственного сертификата на МСК, заведомо ложное свидетельство о рождении Оглы К.С. и другие документы, после чего получила МСК на сумму «данные изъяты» рублей. Затем, в целях реализации преступного умысла, обратилась к А.Ю., у которой за счет средств МСК приобрела долю земельного участка и долю жилого дома, расположенного по адресу: «данные изъяты». В результате незаконных умышленных действий Оглы Н.А. был причинен ущерб РФ в лице УПФР в г. Пензе Пензенской области на сумму «данные изъяты» рублей, что составляет крупный размер.

25. Примеров, по которым судом признавалось как хищение «иного имущества» при получении выплат, не имелось.

26. В производстве Ленинского районного суда г. Пензы за указанный период рассмотрено одно уголовное дело №1-33/2016 о мошенничестве, предметом которого был материнский капитал. Сложностей при рассмотрении уголовных дел, не возникает.

28. Субъектом вышеописанного преступления являлась женщина – Оглы Н.А., ДД.ММ.ГГ. года рождения, гражданка РФ.

29. Случаев, когда действия лиц признавались совершенными группой лиц по предварительному сговору, организованной группой не имелось.

30. Случаев квалификации действий виновного по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ с квалифицирующим признаком — с использованием служебного положения, не имелось.

31. По рассмотренному уголовному делу, лицо, подделавшее официальный документ для получения социальных выплат в ходе следствия не установлено. Его действия в данном случае должны квалифицироваться по ст. 327 УК РФ.

Мошенничество с использованием платежных карт

Дел, указанной категории, не имелось.

Мошенничество в сфере страхования

Дел, указанной категории, не имелось.

Мошенничество в сфере компьютерной информации

Дел, указанной категории, не имелось.

Присвоение или растрата (ст. 160 УК РФ)

47. Действия Медведевой Е.П., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, квалифицированы судом по ч. 3 ст. 160 УК РФ, как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Медведева Е.П., исполняя на основании протокола внеочередного собрания участников общества с ограниченной ответственностью «данные изъяты», расположенного по адресу: «данные изъяты», от ДД.ММ.ГГ. обязанности генерального директора и на основании приказа от ДД.ММ.ГГ. обязанности главного бухгалтера ООО «данные изъяты», обладая в соответствии с Уставом ООО «данные изъяты», утвержденным протоколом внеочередного собрания участников от ДД.ММ.ГГ., следующими полномочиями: без доверенности действовать от имени общества, представлять его интересы и совершать сделки; выдавать доверенности на право представительства от имени Общества, в том числе доверенности с правом передоверия; утверждать штатное расписание Общества, издавать приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе и увольнении, применять меры поощрения и налагать дисциплинарные взыскания; в установленном порядке открывать банковские счета Общества на территории РФ и за ее пределами; осуществлять иные полномочия, не отнесенные Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» или Уставом к компетенции Общего собрания участников Общества; обеспечивать соответствие сведений об участниках Общества и о принадлежащих им долях или частях долей в уставном капитале Общества, о долях или частях долей, принадлежащих обществу, сведениям, содержащимся в едином государственном реестре юридических лиц, и нотариально удостоверенным сделкам по переходу долей в уставном капитале Общества, о которых стало известно Обществу, то есть, являясь должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в ООО «данные изъяты», ДД.ММ.ГГ., умышленно, из корыстных побуждений, используя свое служебное положение, совершила хищение вверенного ей имущества, принадлежащего ООО «данные изъяты» на общую сумму «данные изъяты» рублей, что является крупным размером.

Под вверенным имуществом понимается имущество, в отношении которого виновное лицо в силу должностных обязанностей либо договорных отношений осуществляет определенные полномочия по распоряжению, управлению, хранению.

49. Трудностей, при отграничении хищения, ответственность за совершение которого предусмотрена статьей 160 УК РФ от других видов хищения, не возникает.

50. Вопрос об определении территориальной подсудности уголовных дел, если предметом хищения являются денежные средства, находящиеся на счетах в банках, которые похищаются путем их перевод на банковский счет виновного лица, не требует разъяснения Пленума Верховного Суда РФ.

Местом совершения преступления признается место, где открыт банковский счет виновного, на который поступили похищенные средства, так как именно с этого момента виновное лицо получает реальную возможность пользоваться, распоряжаться им по своему усмотрению.

Судебная практика по ст 159 ч2 ук рф

на заседании президиума

Оренбургского областного суда

«18» декабря 2017 года

ОРЕНБУРГСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 159 УК РФ, совершенных в жилищной сфере, рассмотренных судами Оренбургской области в первом полугодии

Особое место среди хищений занимают деяния, совершаемые путем обмана или злоупотребления доверием (мошенничество). Это преступление проявляется в различных сферах, постоянно модернизируется и обновляется по способам и характеру преступных действий.

Интенсивное развитие в нашей стране собственности как основной формы вещного права, а также связанных с ней рыночных правоотношений не обошло вниманием жилищную сферу, объекты недвижимости которой имеют важное значение для каждого гражданина и для всего общества в целом. Быть собственником жилого помещения, владеть им и распоряжаться по своему усмотрению — одно из важнейших прав, закрепленных Конституцией РФ и Жилищным кодексом РФ.

В ст. 35 Конституции РФ закреплено: право частной собственности охраняется законом (ч. 1); каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (ч. 2). Часть 1 ст. 209 Гражданского кодекса РФ раскрывает содержание правомочий собственника: «собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом».

Обобщение проведено в соответствии с планом работы Оренбургского областного суда на второе полугодие 2017 года.

Целью обобщения является изучение практики рассмотрения судами уголовных дел о мошенничестве в жилищной сфере.

При проведении обобщения изучены вступившие в законную силу приговоры, постановленные судами Оренбургской области в первом полугодии 2017 года по делам о мошенничестве в жилищной сфере.

Согласно представленным районными (городскими) судами Оренбургской области данным за первое полугодие 2017 года поступило уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 159 УК РФ (совершенных в жилищной сфере) –9 в отношении 9 лиц;

— осуждено –7 лиц, из них: женщин — 1; ранее судимых — 1;

— имеющих высшее образование — 3; среднее специальное — 3, среднее — 1;

— государственных и муниципальных служащих — 0;

— служащих коммерческих и иных организаций — 3;

— прочих занятий — 2;

— совершивших преступление в группе лиц – 2 дела, организованной группой – 1 дело;

Одно уголовное дело в отношении 1 лица возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Рассмотрено по правилам главы 40 УПК РФ 5 уголовных дел, в порядке главы 40.1 УПК РФ – 2 дела.

Оправдательных приговоров судами области по делам указанной категории не выносилось.

Практика назначения наказания по ст.159 УК РФ (в жилищной сфере) характеризуется следующим образом:

лишение свободы назначено -4 лицам;

лишение свободы условно (ст. 73 УК РФ) — 1 лицу;

исправительные работы – 1 лицу.

В отношении 1 лица применены принудительные меры медицинского характера.

Дополнительное наказание в виде штрафа и ограничения свободы назначалось по 1 делу в отношении 1 лица.

В апелляционном порядке обжалованы в Оренбургский областной суд:

2 обвинительных приговора в отношении 2 лиц (Бузулукский районный суд); 1 постановление о применении принудительных мер медицинского характера (Ленинский районный суд г. Оренбурга), из них 1 приговор изменен (Бузулукский районный суд).

Обобщение показало, что судами уголовные дела по обвинению лиц, виновных в совершении мошенничества (в жилищной сфере), в целом рассматриваются в соответствии с нормами материального и процессуального права, при этом суды руководствуются рекомендациями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 года № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

Хотя число осужденных за мошенничество в жилищной сфере за указанный период невелико, однако общая сумма материального ущерба, причиненного собственникам преступными действиями за первое полугодие 2017 года составила 47 144 748,15 рублей.

Причиненный преступлениями ущерб в добровольном порядке не возмещался.

В порядке уголовного судопроизводства заявлено гражданских исков о возмещении ущерба причиненного преступлением на сумму 39846746,15 рублей; из них удовлетворено гражданских исков на сумму 1322075 рублей; передано на рассмотрение гражданских исков в порядке гражданского судопроизводства на сумму 38524671,15 рубль. В остальных случаях при рассмотрении дел данной категории в судебном заседании иски о возмещении ущерба не заявлялись и судом ущерб с осужденных не взыскивался.

Кроме того, как показало обобщение, наложение в порядке обеспечения исполнения приговоров в части гражданских исков, ареста на имущество осужденных, имело место по 2 делам в отношении двух лиц в Дзержинском районном суде г. Оренбурга. При постановлении приговоров обеспечительные меры в виде ареста на имущество осужденных, судом сохранены, ввиду неразрешения гражданских исков о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, и передачи заявленных гражданских исков на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Преступные действия осужденных за мошенничество в жилищной сфере квалифицировались по ч.ч. 2, 3, 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По результатам обобщения судебной практики по делам о мошенничестве в жилищной сфере их можно классифицировать следующим образом:

а) со сдачей внаем квартиры, когда лицо, получив предварительную оплату за квартиру, обязуясь предоставить квартиру для проживания, принятые на себя обязательства не выполнил;

б) с куплей-продажей жилой недвижимости;

в) приобретением права собственности на жилой дом и земельный участок путем обмана, повлекшим лишение права гражданина на жилье с земельным участком ;

г) с преднамеренным неисполнением договорных обязательств по строительству жилых домов.

Обман как один из способов совершения мошенничества выражается в сознательном искажении или замалчивании истины, то есть в сообщении ложных сведений либо в умышленном умолчании о фактах, сообщение которых было обязательным. При обмане виновный вводит потерпевшего в заблуждение и путем уверений или умолчаний создает у последнего уверенность в правомерности или выгодности для него передачи имущества или права на него.

Следует отметить, что для квалификации мошенничества необходимо установить обман в намерениях виновного, то есть отсутствие намерения исполнить обязательство.

Так, примером может служить дело в отношении К., осужденного по приговору Промышленного районного суда г. Оренбурга от 03 мая 2017 года, который путем обмана Ч., введя последнего в заблуждение по поводу своих истинных намерений, направленных на хищение принадлежащих последнему денежных средств, под предлогом сдачи внаем квартиры и получения предварительной оплаты, обязуясь предоставить квартиру для временного проживания, получил от Ч. в качестве оплаты денежные средства в размере 7000 рублей, однако принятые на себя обязательства не исполнил, квартиру для временного проживания Ч. не предоставил, тем самым похитил путем обмана у Ч. денежные средства в указанном размере, причинив последнему значительный материальный ущерб. Аналогичным способом К. через 5 месяцев совершил мошенничество в отношении Б., похитив путем обмана денежные средства в размере 5000 рублей. Таким образом, совершенные К. мошеннические действия были совершены с преднамеренным неисполнением принятых на себя обязательств по сдаче Ч. и Б. внаем квартиры. Суд правильно квалифицировал действия К. по каждому из эпизодов по ч. 2 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, с причинением значительного ущерба гражданину.

Злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например служебным положением лица либо личными или родственными отношениями лица с потерпевшим.

Злоупотребление доверием также имеет место в случаях принятия на себя лицом обязательств при заведомом отсутствии у него намерения их выполнить в целях безвозмездного обращения в свою пользу или в пользу третьих лиц чужого имущества или приобретения права на него (например, получение физическим лицом кредита, аванса за выполнение работ, услуг, предоплаты за поставку товара, если оно не намеревалось возвращать долг или иным образом исполнять свои обязательства).

Вместе с тем следует отметить, что органы предварительного следствия, предъявляя обвинение, а суды, признавая виновными лиц, не разграничивают признаки «обман» и «злоупотребление доверием», вменяя оба признака одновременно, приводя этому в решениях одни и те же мотивы.

Так, Бузулукским районным судом Оренбургской области рассмотрено дело в отношении К.. Как следует из приговора, К., достоверно зная о том, что А. осуществляет продажу принадлежащего ей жилого дома, действуя умышленно, в целях хищения чужого имуществ, в крупном размере, путем обмана и злоупотребления доверием, из корыстных побуждений, вступил в предварительный сговор с Т. Он обратился к А.С., являющемуся сыном А., предложив выписать доверенность на право продажи жилого дома на имя Т., сообщив при этом заведомо ложные сведения о том, что якобы Т. является риелтором и может оказать содействие в продаже жилого дома. А.С., доверяя К., находясь с ним в родственных отношениях, согласился с указанным предложением и А. выдала доверенность на имя Т., которую уполномочила продать свой жилой дом и земельный участок за цену и на условиях по своему усмотрению. Впоследствии Т., действуя согласно указаниям К. на основании выданной доверенности, заключила предварительный договор купли-продажи жилого дома с П., получила от последней денежные средства в качестве задатка в размере 300000 рублей, при этом сообщив П. заведомо ложные сведения о дальнейшем заключении окончательного договора купли-продажи. Получив от П. 300000 рублей, Т. указанные денежные средства передала К., который из полученных за продажу жилого дома денежных средств передал Т. 5000 рублей, оставшейся суммой в размере 295000 рублей распорядился по своему усмотрению. Суд квалифицировал действия К. по ч. 3 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Оренбургского областного суда от 15 августа 2017 года приговор в отношении К. изменен, из действий осужденного исключен признак совершения мошенничества «путем обмана». Судебная коллегия указала, что К. непосредственно с потерпевшей П. не общался, а действовал через Т., которая, выступая в качестве представителя по доверенности от А., при заключении договора купли-продажи жилого дома и земельного участка именно злоупотребила доверием П., в действиях Т. никакого обмана не было, следовательно, действия К. излишне квалифицированны как обман, содеянное им в данном случае надлежит рассматривать как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

При вынесении приговора тем же районным судом в отношении Т. по ч. 3 ст. 159 УК РФ суд обоснованно исключил из действий осужденной признак совершения мошенничества «путем обмана».

Как видно из приведенных примеров, суд в первом случае, не обладая четкими разъяснениями относительно природы «обмана» и «злоупотребления доверием», в приговоре оставил формулировку, представленную им следственными органами, путем «обмана» и «злоупотребления доверием»». Во втором случае, совершенно правильно разграничив признаки «обман» и «злоупотребление доверием», вмененные органами предварительного расследования, обоснованно исключил признак «обман».

Изучение судебной практики показало, что суды правильно признают как преднамеренное неисполнение договорных обязательств путем обмана либо злоупотребления доверием, когда лицо, выступающее представителем организации или предпринимателя (либо сам предприниматель), изначально не намерено выполнять обязательства по возврату или оплате имущества, рассчитывая противозаконно завладеть им, осознавая при этом, что тем самым причинит ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Объективная сторона данного вида мошенничества выражается в преднамеренном неисполнении договорных обязательств.

Данный вид мошенничества всегда направлен на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием.

Обман или злоупотребление доверием могут быть направлены относительно намерений предпринимателя по исполнению обязательств, а также относительно иных фактов.

Примером мошенничества, когда лицо, будучи зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя, осуществляя деятельность в сфере жилищного строительства, преднамеренно не исполнило договорные обязательства, может служить рассмотренное 19 июня 2017 года Шарлыкским районным судом Оренбургской области дело в отношении Л., который, будучи зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя на основании свидетельства о государственной регистрации серии, действуя умышленно, из корыстных побуждений путем обмана С., под предлогом приобретения строительных материалов для строительства жилого дома для С., на основании договора «О капитальном строительстве жилого дома» выставил счет на оплату в размере 171 075 рублей. Впоследствии Л., получив по счету денежные средства в размере 171 075 рублей, принятые на себя обязательства по строительству жилого дома не выполнил, распорядился ими по своему усмотрению, потратив на личные нужды.

Несмотря на то, что совершенный Л. факт мошенничества был сопряжен с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, суд обоснованно квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана с причинением значительного ущерба гражданину, поскольку на момент совершения преступления 17 октября 2015 года, в соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 года № 32-П статья 159.4 УК РФ, предусматривающая уголовную ответственность за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности, с 12 июня 2015 года утратила силу. Уголовная ответственность за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности с указанной даты предусматривалась статьей 159 УК РФ.

Проведенный анализ показал, что действия виновных в мошенничестве получают юридическую оценку судов в зависимости от установленных обстоятельств и формулировки обвинения как единое продолжаемое преступление либо совокупность отдельных преступлений.

Примером квалификации мошеннических действий как единого продолжаемого преступления может служить следующее уголовное дело.

По приговорам Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 24 января 2017 года и 09 февраля 2017 года осуждены П., И., члены одной организованной преступной группы, которые, действуя умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана, осуществляя свою деятельность в помещении офиса, размещали в средствах массовой информации и иных источниках заведомо ложные сведения об осуществлении деятельности по строительству жилых домов на территории Оренбургской области на условиях (порядок оплаты, порядок внесения платежей и т.д.), существенно более выгодных, чем предлагаемые на аналогичные работы, заведомо не имея намерений и реальной возможности выполнить принятые на себя обязательства, убеждали граждан заключать договоры о вступлении в ЖНК и дополнительные соглашения к ним, а также договоры строительного подряда, получали от граждан денежные средства в различных суммах, которые расходовали на завершение строительства жилых домов по ранее заключенным ООО договорам. Кроме того, не имея иных источников дохода, распоряжались похищенными денежными средствами, расходуя их на личные нужды, оплату личных кредитных обязательств и приобретение недвижимого имущества, совершив, таким образом, хищение денежных средств в особо крупном размере на общую сумму 35167713,15 рублей, причинив каждому из 22 потерпевших значительный ущерб.

Суд обоснованно квалифицировал действия осужденных по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как единое продолжаемое преступление, поскольку неоднократные совершаемые действия осужденных по склонению граждан к заключению договоров о вступлении в ЖНК и дополнительные соглашения к ним, а также договоры строительного подряда складывались из ряда юридически тождественных деяний, характеризовались единым умыслом и способом хищения, совершены в течение ограниченного времени, в период с июля 2014 года по апрель 2015 года с единым предметом преступного посягательства (денежные средства) и преступными последствиями.

Федеральным законом от 29 ноября 2012 года N 207-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» законодатель внес изменения в абзац первый части четвертой статьи 159 УК РФ, предусматривающий уголовную ответственность за совершение мошенничества, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

Под жилым помещением, лишение права на которое предусмотрено в качестве квалифицирующего признака мошенничества (ч. 4 ст. 159 УК РФ), следует понимать изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом, пригодным для постоянного проживания людей.

Виды жилых помещений перечислены в статье 16 ЖК РФ: жилой дом, часть жилого дома; квартира, часть квартиры; комната.

При этом жилым домом признается индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании. Квартирой признается структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме и состоящее из одной или нескольких комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении. А комнатой признается часть жилого дома или квартиры, предназначенная для использования в качестве места непосредственного проживания граждан в жилом доме или квартире.

Понятие «жилище» раскрывается и в примечании к ст. 139 УК РФ, и оно шире понятия «жилое помещение». В жилище, помимо жилых помещений, входят, например, нежилые помещения дома, жилые помещения, пригодные для временного проживания, а равно иные помещения или строения, не входящие в жилой фонд, но предназначенные для временного проживания. Хищение или приобретение права путем обмана или злоупотребления доверием на эти помещения, не являющиеся жилыми помещениями, подлежит квалификации по различным частям ст. 159 УК РФ, исходя из их стоимости.

В практике судов Оренбургской области имелся случай осуждения за мошенничество, когда виновное лицо приобрело право собственности на жилой дом и земельный участок путем обмана, что впоследствии повлекло лишение права граждан на квартиру с земельным участком .

Согласно приговору Пономаревского районного суда Оренбургской области от 13 января 2017 года в период с сентября 2013 года по январь 2014 года, К., достоверно зная, что он не имеет права собственности на трехкомнатную квартиру и земельный участок и указанная недвижимость принадлежит другим лицам, представил в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестр) выписку из похозяйственной книги, выданной ему администрацией МО на основании представленного К. фиктивного договора купли-продажи квартиры. На основании представленных фиктивных документов Росреестр провел регистрацию права собственности за К. на земельный участок площадью 1437 кв.м. Впоследствии К. представил в Пономаревский районный суд для признания за ним права собственности на трехкомнатную квартиру площадью 48.3 кв.м. фиктивные документы: договор купли-продажи, выписку из протокола наблюдательного совета колхоза, квитанцию к приходно-кассовому ордеру, на основании которых, в декабре 2013 года решением Пономаревского районного суда принято решение о признании за К. права собственности на квартиру. На основании решения суда от декабря 2013 года, представленного К. в Росреестр, выдано свидетельство о государственной регистрации права на квартиру за К. Таким образом, К. путем обмана должностных лиц Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии незаконно оформил, то есть приобрел право собственности на земельный участок площадью 1437 кв.м, стоимостью 440000 рублей, принадлежащий С. и С.М., то есть в крупном размер, и на жилое помещение — трехкомнатную квартиру общей площадью 48.3 кв.м стоимостью 492000 рублей, принадлежащее С. и С.М. то есть в крупном размере, тем самым своими незаконными действиями лишив С. и С.М. права на жилое помещение и земельный участок. Действия К. судом квалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана в крупном размере, повлекшее лишение права граждан на жилое помещение.

Мошенничество относится к преступлениям с материальным составом, и поэтому ущерб, который причиняется собственнику, как обязательный признак объективной стороны характеризует преступные последствия. Эти последствия носят имущественный характер и могут быть оценены в денежном эквиваленте, что в конечном итоге окажет существенное влияние на квалификацию хищения в зависимости от размера похищенного. Важно определить стоимость похищенного. Стоимость похищенного определяется на момент совершения мошенничества. Об этом указано в разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» от 27 декабря 2007 года N 51: «Определяя стоимость имущества, похищенного в результате мошенничества, присвоения или растраты, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене похищенного имущества его стоимость может быть установлена на основании заключения экспертов».

Как показало обобщение судебной практики по делам о мошенничестве в жилищной сфере, при определении стоимости имущества, явившегося объектом посягательства, суды обоснованно исходили из фактических цен на момент совершения преступления (по 6 делам), а по 1 делу суд основывался на заключение экспертизы, где была установлена рыночная стоимость права собственности на земельный участок и жилое помещение.

Под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, понимаются должностные лица, обладающие признаками, предусмотренными примечанием 1 к ст. 285 УК РФ, а также государственные или муниципальные служащие, не являющиеся должностными лицами, либо иные лица, отвечающие требованиям, предусмотренным примечанием 1 к ст. 201 УК РФ.

Использование служебного положения (ч. 3 ст. 159 УК РФ) предполагает действия, вытекающие из служебных полномочий, в целях незаконного завладения чужим имуществом или для незаконного приобретения права на него, совершенные должностным лицом, государственным или муниципальным служащим, а также лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации.

За первое полугодие 2017 года приговоры в отношении лиц, использующих свое служебное положение по делам о мошенничестве в жилищной сфере, судами Оренбургской области не выносились.

За рассматриваемый период 1 уголовное дело в отношении одного лица, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.ч. 3, 4 ст.159, ч. 1 ст. 171 УК РФ, возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ (Дзержинский районный суд г. Оренбурга, дело в отношении М.).

Учитывая, что время, способ, место совершения преступления являются обстоятельствами, подлежащими доказыванию органом предварительного расследования в обязательном порядке, а в обвинительном заключении указанные обстоятельства не конкретизированы, что нарушает право обвиняемого на защиту, суд обоснованно в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвратил уголовное дело в отношении М. прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Возвращая дело прокурору, суд обоснованно сделал вывод о нарушении требований п.3 и п.4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения, что исключало возможность постановления судом приговора, которое выразилось в неконкретности обвинения, в неполном раскрытии обстоятельств совершенных преступлений, в неустановлении точного размера причиненного потерпевшим ущерба.

Проведенный анализ судебной практики показал, что в целом судьи Оренбургской области правильно применяют нормы действующего законодательства при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 159 УК РФ, совершенных в жилищной сфере.

Вместе с тем предлагаем:

1. Председателям районных (городских) судов Оренбургской области обсудить настоящее обобщение, принять меры по устранению выявленных ошибок.

2. Неукоснительно соблюдать требования материального и процессуального законодательства при рассмотрении дел данной категории в порядке глав 40, 40.1 УПК РФ в целях исключения ошибок по квалификации предъявленного обвинения.

3. Обратить внимание на обязательность постоянного повышения уровня профессиональной подготовки путем изучения законодательства, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, применения положений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 года № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

Судебная коллегия по уголовным делам

Оренбургского областного суда