Решение суда компенсация морального вреда дтп

Рубрики Вопрос юристу

Решение суда компенсация морального вреда дтп

Пензенский областной суд изменил решение Белинского районного суда от 4 апреля 2017 г., которым частично удовлетворены требования П. о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, возмещение вреда, причиненного смертью кормильца.

П., действуя в своих интересах и в интересах двух детей, обралась с иском, в котором указала, что 14 мая 2015 г. в г. Москве произошло дорожно-транспортное происшествие. Автомобиль «БМВ 320» под управлением водителя А. совершил наезд на её мужа, который шёл по тротуару. В результате мужчина скончался на месте аварии.

Уголовное дело в отношении виновника ДТП было прекращено, в связи с п. 2 Постановления № 6576-6 ГД РФ «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».

Истица указала, что на момент гибели её супругу было 44 года. Внезапной смертью отца и мужа всем членам их семьи причинены нравственные и физические страдания. Она просила суд обязать ответчика компенсировать моральный вред и ущерб, причинённые в результате ДТП.

Суд, рассмотрев материалы дела, пришёл к выводу о взыскании с А. в пользу супруги, сына и дочери погибшего компенсацию морального вреда — по 180 000 руб. каждому; расходы на погребение; единовременную компенсацию в возмещение вреда, причиненного смертью кормильца — 63 305 руб. Также он ответчик обязан выплачивать несовершеннолетней дочери П. ежемесячно в возмещение вреда, причиненного смертью кормильца, по 5 339 руб. с последующей индексацией, до достижения ребёнком, 2007 г.р., возраста 18 лет, а в случае продолжения учебы в учреждениях очной формы обучения до 23 лет.

Не согласившись с назначенной компенсацией морального вреда, истица подала апелляционную жалобу, которая была рассмотрена вышестоящей инстанцией. Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда посчитала, что размер денежной компенсации морального вреда был неправомерно занижен.

Исходя из правовой природы компенсации морального вреда, взыскание с ответчика материальных средств в пользу истца направлено на то, чтобы сгладить возникшие у них неудобства в связи с переносимыми ими страданиями, постигшим их горем, смягчить их тяжелое эмоционально — психологическое состояние, дать им возможность удовлетворить обычные жизненные потребности, которых они лишились из-за утраты близкого человека.

В результате решение районного суда было изменено в части размера взысканного морального вреда. Определено, что подлежит взысканию по 500 000 руб. в пользу каждого, а всего 1 500 000 руб. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

Решение вступило в законную силу 19 декабря 2017 г.

Возмещение вреда здоровью и морального вреда при ДТП

Успешная судебная практика Правового бюро «Сорвачев и партнеры»

Взыскали возмещение вреда здоровью и моральный вред с виновника ДТП

Юрист Антон Сорвачев взыскал в пользу своего клиента с виновника ДТП возмещение вреда здоровью и компенсацию морального вреда.

Текст решения суда по делу о возмещении вреда здоровью и морального вреда:

именем Российской Федерации

10 октября 2017 года город Москва

Останкинский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Шокуровой Л.В.,

при секретаре судебного заседания Гулиевой Л.Д.,

с участием помощника Останкинского межрайонного прокурора города Москвы Архипенко Н.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело №2-3200/17 по иску З. к С. о взыскании денежных средств в возмещение вреда здоровью, компенсации морального вреда, судебных расходов,

Истец З. первоначально обратились в суд к С. о взыскании расходов на лечение, причиненного дорожно-транспортным происшествием в размере * рублей * копеек, компенсации морального вреда в размере * рублей, расходов на оплату услуг представителя в размере * рублей, обосновывая тем, что *.*.20* ответчик совершила наезд на истца при переходе истцом проезжей части по пешеходному переходу на улице Бориса Галушкина. В результате наезда, здоровью истца ответчиком причинен вред средней тяжести. Повреждение здоровья истца явилось результатом действий ответчика, которая не уступила дорогу истцу при переходе последней проезжей части, нарушив ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ. По данному факту составлен протокол об административном правонарушении. Причинение ответчиком вреда здоровью истцу средней тяжести и наличие причинной связи между действиями ответчика и причиненным вредом подтверждается заключением комиссии от *.*.20*. Ответчик должен возместить истцу понесенные расходы на медицинское лечение истца в размере * рублей * копеек. В результате действий ответчика истцу причинены физические и нравственные страдания. Истец до настоящего момента вынужден проходить реабилитацию после полученной по вине ответчика травмы, также истец по вине ответчика вынуждена была пройти через ряд неприятных медицинских процедур, причинивших истцу физические страдания. По настоящее время истец скована в движении пострадавших при ДТП частей тела (а именно левой ноги, и левой руки). Движения ноги и руки ограничены в связи с острой болью. Из-за не полного разгибания в коленном суставе истец испытывает острую боль при ходьбе, а так же сильные боли в плечевом отделе при совершении элементарных действий при самообслуживаний. При первичном медицинском обследовании после ДТП было установлено сотрясение головного мозга, что повлекло за собой периодические головные боли, сопровождающиеся головокружением и тошнотой, мешающими учебному процессу и нормальной бытовой жизни истца. /л.д.3-5/.

Впоследствии истец уточнила исковые требования, просила взыскать в счет возмещения вреда здоровью понесенные на медицинское лечение расходы в размере * рублей * копеек, компенсацию морального вреда в сумме * рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере * рублей. /л.д. 98-100/.

Истец З. в судебное заседание явилась, уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить.

Представитель истца, по доверенности Сорвачев А. А., уточненные исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.

Ответчик С. в судебное заседание явилась, не возражала против удовлетворения исковых требований в части возмещение вреда здоровью в размере * рублей * копеек, пояснила, что считает необходимым снизить моральный вред, услуги представителя полагает соответствующими виду оказанных им услуг. Пояснила, что предлагала истцу заплатить за все сумму в размере * рулей, но она отказалась.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФОМС города Москвы, в судебное заседание не явился, извещен.

Суд, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела, находит уточненные исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Как установлено судом, *.*.20* С. совершен наезд на З. при переходе последней проезжей части по пешеходному переходу на улице Бориса Галушкина. С. не уступила дорогу З. при переходе последней проезжей части, нарушив ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ. По данному факту инспектором группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УВД по СВАО ГУ МВД России по городу Москве майором полиции Гордеевой Г.А. проведено разбирательство и составлен протокол об административном правонарушении. /л.д.38/

Согласно абз. 1 п. 3 ст. 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности о несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи (п. 3 ст. 1079 ГК РФ).

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

В соответствии с заключением эксперта № 175/2-17 у Звягиной Оксаны Андреевны установлены повреждения, составляющие сочетанную травму тела: ссадины передней поверхности левого коленного сустава, левой голени, частичный разрыв задней крестообразной связки, частичный разрыв передней крестообразной связки; ссадины левой верхней конечности (преимущественно задней поверхности), разрыв переднего и верхнего секторов суставной губы гленоида (суставной впадины левой лопатки); закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек в области левой брови, кровоподтеки волосистой части головы, сотрясение головного мозга; ссадины передней поверхности грудной клетки, передней поверхности правового коленного сустава, тыльной поверхности правой стопы, ссадины в области сводов правой и левой стопы-образовались от ударно-скользящих, скользящих воздействий тупых твердых предметов, кровоподтек внутренней поверхности верхней трети правой голени, правого коленного сустава-образовалась от ударного или сдавливающего воздействия тупого твердого предмета, возможно *.*.20* года, подлежать совокупной оценке как причинившие средней тяжести вред здоровью, вызвавший длительное расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель. (пункт 7.1 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194Н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»)/л.д. 42-64/

Согласно медицинскому заключению от *.*.20* поставлен диагноз Звягиной О.А.: посттравматическая тугоподвижность левого коленного сустава. Состояние после эндонротезированни задней крестообразной связки левого коленного сустава, парциальной резекции наружного мениска левого коленного сустава. Субакромиальный импиджмент-синдром слева./л.д. 6/

Как усматривается из материалов дела, между Спортивно-реабилитационным центром «Новый Шаг» и Звягиной О.А. заключен договор на оказание платных медицинских услуг № 175 от 27.09.2016. /л.д. 12-13/

Согласно предмету договора заказчик поручает, а исполнитель обязуется оказывать на возмездней основе необходимую медицинскую помощь (медицинские услуги), отвечающую требованиям, предъявляемым к методам диагностики, профилактики и лечения, разрешенным на территории РФ. Заказчик добровольно принимает на себя обязательство оплачивать оказанные медицинские услуги (медицинскую помощь) в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим договором.

Согласно справке Звягина О.А. посещала спортивно-реабилитационный центр «Новый Шаг» *.*.20* для прохождения консультации доктора травматолога-ортопеда Федокура Г.В. с 17:00 по 21:00. Диагноз: рецидивирующая задняя нестабильность коленого сустава слева. /л.д. 26/

На основании справки № 153 от 06.09.2017 Звягина О.А. находится под динамическим наблюдением врача ортопеда в «МРЦ» Беляево». В соответствии с рекомендациями лечащего врача ортопеда-травматолога были проведены: МРТ левого коленного сустава, УЗИ левого плечевого сустава, мануальная терапия, тейпирование мышц левого бедра. Общая стоимость услуг * рублей. /л.д. 101/

Согласно справке с *.*.20* по *.*.20* Звягина О.А. проходила реабилитацию в спортивно-реабилитационном центре «Новый Шаг», которая была необходима Звягиной О.А. по медицинским показателям для восстановления после операции на коленный сустав. Данная операция проводилась после травмы полученной в результате ДТП *.*.20*. Реабилитация проводилась по следующим программам: курс физиотерапевтических процедур, занятия в зале лечебной физкультуры. Общая стоимость услуги составляла * рублей. /л.д. 107/

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельств, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

На основании ст.ст.55-57 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В силу ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. При определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда). В счет возмещения вреда не засчитывается также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья. Объем и размер возмещения вреда, причитающегося потерпевшему в соответствии с настоящей статьей, могут быть увеличены законом или договором.

Таким образом, суд полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению в части взыскания с Сеитовой Е. Н. в пользу Звягиной О. А. денежных средств в счет возмещение вреда здоровью в размере * рублей * копеек.

Истцом заявлено требование о взыскании морального вреда в размере * рублей.

На основании ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, суд, разрешая заявленные исковые требования, оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере * рублей, полагая её разумной и справедливой.

На основании ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

На основании изложенного суд, считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы на услуги представителя в размере * рублей, поскольку ответчик считает, что данная сумма соответствует виду и характеру оказанных представителем юридических услуг истцу.

Согласно ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета города Москвы подлежит взысканию государственная пошлина в размере * рублей * копеек.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Взыскать с С. в пользу З. денежные средства в возмещение вреда здоровью в размере * рублей * копеек, компенсацию морального вреда в размере * рублей, судебные расходы на представителя в размере * рублей, в остальной части требований – отказать.

Взыскать с С. государственную пошлину в доход бюджета города Москвы в размере * рублей * копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Останкинский районный суд города Москвы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Компания или сотрудник: кто заплатит за ДТП с последствиями

В результате ДТП скончался Игорь Носов*. Виновным аварии суд признал Олега Маркина*: он нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека (ч. 3 ст. 264 УК). При этом Маркин во время ДТП был на служебном автомобиле, который принадлежит его работодателю ИП Н. Ф. Заике. Супруга погибшего Ирина Носова* обратилась в суд с иском к ИП Заике о компенсации морального вреда в размере 2 млн руб. Носова пояснила, что из-за гибели мужа она перенесла большой стресс, это повлияло на ее эмоциональное и психическое состояние, у нее на иждивении осталось двое несовершеннолетних детей.

Белореченский районный суд Краснодарского края удовлетворил иск частично – на 500 000 руб. Он решил, что ИП Заика как владелец источника повышенной опасности обязан возместить не только материальный ущерб, но и компенсировать моральный вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей (ст. 150, 151, 1099–1101, 1068, 1079 УК). Судебная коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда отменила это решение и полностью отказала в иске. По ее мнению, если вступившим в законную силу приговором суда установлена вина Маркина в совершении преступления, компенсация морального вреда не подлежит взысканию с работодателя.

Тогда Носова обратилась в Верховный суд. Тот изучил обстоятельства дела и установил, что выводы суда апелляционной инстанции основаны на неправильном применении норм действующего законодательства. По мнению ВС, на работодателя как на владельца источника повышенной опасности возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей. Таким образом, отметил ВС, принятое судом первой инстанции решение является законным, размер компенсации определен с учетом фактических обстоятельств дела, тяжести причиненного вреда, степени нравственных страданий истца, материального положения ответчика, а также с учетом требований разумности и справедливости. Поэтому ВС отменил апелляционное определение и оставил без изменения решение суда первой инстанции (№ 18-КГ18-29).

ИСТЕЦ: Ирина Носова*

ОТВЕТЧИК: ИП Н.Ф. Заика

СУТЬ СПОРА: О компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП со смертельных исходом.

РЕШЕНИЕ СУДА: Отменить апелляционное определение, оставить без изменения решение суда первой инстанции, которым назначена компенсация 500 000 руб.

«ВС исправил ошибку, допущенную апелляцией. Она в нарушение ст. 1068 ГК посчитала ответственным за причинение вреда водителя, состоявшего в трудовых отношениях с владельцем машины. Определение ВС полностью соответствует постановлению Пленума ВС от 26 января 2010 № 1», – считает адвокат, партнер ЮК LDD Андрей Попов. «Кроме того, аналогичная позиция отражена в целом ряде определений по конкретным делам: например, № 4-КГ16-15, № 18-КГ15-134, № 41-КГ14-6, № 64-КГ14-1, № 45-КГ13-7», – добавила адвокат, советник КА «Муранов, Черняков и партнеры» Ольга Бенедская. «С одной стороны, такое регулирование продиктовано обязанностью работодателя обеспечить его работнику безопасную эксплуатацию машины. С другой стороны, оно гарантирует потерпевшему фактическое возмещение вреда, поскольку работник попросту может не располагать большой суммой денег, в то время как работодатель имеет возможность изыскать их за счет реализации авто», – объяснил юрист национальной ЮК «Митра» Антон Томилин. «В данном случае нет оснований, которые могли бы освободить ИП от возмещения компенсации. В то же время он имеет право регрессного требования денег с работника. Поэтому определение ВС важно для практики, так как все еще встречаются разные позиции судов по аналогичным спорам», – считает руководитель Коммерческой практики ЮК BMS Law Firm Денис Фролов. Возможно, противоречивая практика связана с изменением законодательства, произошедшим в 2012 году, когда была отменена необходимость выдачи доверенности на управление машиной. «Практика по данному вопросу вообще имеет длительную историю. Еще в Обзоре законодательства ВС за четвертый квартал 2005 года содержалась позиция: в соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК, юрлица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в частности, с использованием авто), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего», – рассказала старший юрист КА «Ковалев, Тугуши и партнеры» Ксения Степанищева.

* имя и фамилия изменены

Как юрист в сфере банкротства, я вижу много человеческих страданий. Никто не идет к банкротному юристу с хорошими новостями. Чаще из-за болезни, смерти, потери работы, развода или других непредвиденных жизненных событий, которые привели их к финансовому краху. Меня должны были научить на юрфаке, что страдания тех, кто рядом, влияют и на тебя тоже. Обычно юристы по ошибке принимают это чувство за слабость, некомпетентность или другой профессиональный недостаток.

Распознать викарную травму

Я хотела бы раньше узнать, что эти все предположения неверны. Или что стресс юриста, который он испытывает рядом со страдающим клиентом, – нормальное человеческое явление. Для него есть диагноз – викарная («вторичная») травма.

Симптомы викарной травмы такие же, как и у непосредственной. У юриста могут быть нарушения сна или яркие кошмары, онемение во время общения с клиентами или, наоборот, необычная интенсивность переживаний. Например, навязчивые мысли о страшных событиях. Также часто встречается большая тревожность или страх, что поверенный попадет в такую же ситуацию, как его клиент. Некоторые юристы испытывают физиологические изменения. У них меняются привычки в еде, угасает сексуальное влечение, даже начинаются панические атаки.

Если юрист не чувствует себя обособленным от клиента (хоть и сочувствующим), если его переполняют эмоции настолько, что он не может конструктивно думать, – по этим признакам он может распознать викарную травму, говорит бывший юрист, а сейчас психотерапевт Сара Вайнштейн. «Эмоции постоянно берут верх над познанием», – объясняет она. Викарная травма может появиться в результате накопления травматического опыта или от одного-единственного воздействия.

Шэннон Калахан, старший советник Seyfarth Shaw, поделилась, что пережила викарную травму, когда занималась делом, связанным с психиатрической больницей и изнасилованием. «Мне было очень грустно, я не могла перестать плакать. Я избегала подобных дел. Не хотела опять потерпеть поражение, не хотела, чтобы оно отразилось на моем клиенте».

Иногда дела, над которыми мы работаем, несут с собой тяжелые последствия, однако наши возможности повлиять на исход являются ограниченными. Юрист может добиваться определенного результата, но должен помнить, что это может отразиться на его собственном благополучии.

Калахан говорит: «Я до сих пор думаю о своем клиенте: как там она после депортации. Я переживаю за нее, желаю ей всего лучшего и грущу, что проиграла. Чтобы помочь себе справиться, я говорю, что это был сложный случай и я сделала все, что смогла».

Много лет я боролась с хронической бессонницей, была в грусти и оцепенении, работала круглые сутки и наконец-то стала искать терапевта. Я расслабилась, когда узнала, что я не одна борюсь с этими чувствами, что это нормально – думать о своих клиентах и облегчать их боль. Я узнала, что могу стать более стойкой через практики осознанности и самопомощь. Я узнала, как не утонуть в страданиях клиентов и как, покидая офис, не «брать» работу с собой.

«Тем, у кого викарная травма, важно настроиться на сопереживание, но не на эмпатию с клиентами», – подчеркивает Вайнштейн.

Когда юристам нужна помощь

Когда вы сопереживаете, вы неравнодушны к страданиям окружающих и стремитесь их облегчить. Эмпатия означает, что вы становитесь на место клиента. Для юристов важно уметь обе вещи. Но юристы, которые часто работают со страдающими клиентами, должны себе напоминать, что они не клиенты.

Отделять себя от клиента – навык, который поможет вам добиться больших профессиональных высот и не получить травму самому. Еще важно свести к минимуму стресс в других сферах и заботиться о себе. Здоровые привычки – сон, правильное питание, физкультура – имеют большое значение.

Юристы могут быть немногословными. Разговоров о собственном стрессе легче избегать. К тому же часто мы можем отрицать наши страдания, а это чревато нездоровыми компенсациями. По мнению Вайнштейн, юристу надо искать психотерапевта, когда он больше двух-трех месяцев испытывает симптомы травмы – оцепенение, навязчивые мысли, физиологические изменения, сильный страх или беспокойство, что страшные события произойдут в его жизни.

Кому-то может показаться эгоистичным фокусироваться на своих страданиях в свете трагедии клиентов. Но успешным юристом может быть только тот, кто в порядке. Как говорят, наденьте кислородную маску сначала на себя, потом на окружающих.

Перевод статьи Джины Чу «Suffering can be the human consequence of lawyering».

Переживания и крепкая психика

Ирина Фаст из Гражданских компенсаций больше 20 лет помогает получать компенсации за вред здоровью или потерю кормильца. По ее словам, в первые годы она включалась эмоционально, переживала события каждого случая даже во сне. «Я тогда очень волновалась за близких, потому что каждый день видела, какой трагедией может обернуться обычная жизнь, – делится Фаст. – Затем защитные механизмы психики, видимо, взяли верх, и я стала спокойнее реагировать на дела своих клиентов».

Управляющий партнёр МКА Солдаткин, Зеленая и Партнеры Дмитрий Солдаткин защищает по уголовным делам и считает, что здесь адвокату изначально нужна крепкая психика. Его эмпатия выражается в том, что защитник должен сделать все возможное для доверителя, работать добросовестно и профессионально, правильно понять потребности клиента и не вводить его в заблуждение, перечисляет Солдаткин. Он уверен, что адвокат, погруженный в негативные эмоции клиента, не сможет в полной мере ему помочь, потому что ему самому нужна помощь.

Арбитражный управляющий Андрей Шафранов занимается банкротствами физлиц. «Конечно, я испытываю определенное сочувствие людям, которые переживают потерю работы, безденежье, болезни, развод», – рассказывает он. Но голову при этом надо оставлять холодной, убежден Шафранов.

Расчеты по договору еще не закончены, но стороны уже расписались, что все готово и претензий нет. Это отнюдь не редкая ситуация, признает старший юрист BGP Litigation Олег Хмелевский. Госзаказчик может просить оформить акты в конце года, чтобы он смог закрыть все договоры и перейти в следующий финансовый год «без хвостов», объясняет Хмелевский. При этом, по словам юриста, госзаказчик уверяет, что подрядчик получит недостающую сумму в следующем году – якобы тогда на оплату предоставят финансовые лимиты.

На самом деле они не выделяются на «прошлогодний» договор, и единственным способом получить деньги остается суд, продолжает Хмелевский. Но подписанный документ может стать в процессе доказательством против подрядчика. Особенно если подписан не только акт, но и соглашение о расторжении договора. Так произошло в деле № А84-1117/2016, где «Стройиндустрия» требовала 3,7 млн руб. с казенного учреждения «Управление по эксплуатации объектов городского хозяйства» Севастополя.

Компания взялась отремонтировать дорогу на одной из городских улиц за 5,4 млн руб. Из них она получила 1,6 млн руб. в качестве аванса. «Стройиндустрия» попыталась сдать результат летом 2015 года, но учреждение указало на дефекты ремонта. Их исправили. В результате бумаги о приемке стороны оформили в декабре 2015-го. В их числе был не только акт выполненных работ, но и соглашение о расторжении договора от 30 декабря 2015 года. В нем подтверждалось, что «подрядчик выполнил, а заказчик оплатил работы на сумму 5,4 млн руб., обязательства сторон прекращены, кроме гарантийных».

Прекратил или подарил

Следом «Стройиндустрия» подала иск, в котором заявила, что получила лишь аванс, но не оставшиеся 3,7 млн руб. Учреждение предъявило встречные требования. Оно решило действовать радикально и потребовало признать недействительным договор подряда, потому что компания якобы изначально представила недостоверные сведения. Три инстанции оказались единодушны в том, что встречный иск надо отклонить. Но разошлись в оценке первоначальных требований «Стройиндустрии».

АС Севастополя отклонил иск подрядчика, сославшись на соглашение о расторжении договора. Ведь истец не отрицал, что завизировал этот документ, не оспаривал его. Это решение исправил 21-й арбитражный апелляционный суд, который встал на сторону «Стройиндустрии». По его мнению, из решения первой инстанции можно понять, что подрядчик подарил заказчику ремонт ценой 3,7 млн руб. Но в документах ничего не говорится о том, что «Стройиндустрия» готова работать безвозмездно. Наоборот, в соглашении написано, что работы оплачены в полном объеме, указал 21-й ААС. Учреждение перечислило лишь аванс и никак не смогло доказать, что перевело оставшиеся 3,7 млн руб. Поэтому апелляция приняла решение взыскать эту сумму, учитывая то, что госзаказчику нужен был ремонт и он его получил. Такое решение поддержала кассация.

Но с ним не согласилась экономколлегия ВС. По ее мнению, стороны воспользовались свободой договора, когда записали в соглашении, что работы оплачены и обязательства прекращены. Эта сделка действует и никем не оспорена. При этом, уточнил Верховный суд, соглашение о расторжении нельзя квалифицировать как дарение. Ведь п. 2 ст. 572 ГК требует, чтобы намерение одарить было четким и ясным. Экономколлегия подытожила мотивировочную часть выводом, что учреждение не должно доказывать полную оплату работ, поскольку этот факт уже подтвержден соглашением. Таким образом, в силе осталось решение первой инстанции в пользу учреждения.

ВС исходил из того, что обязательство по оплате прекращено, пусть даже оно и не исполнено до конца, говорит партнер юркомпании Нортия ГКС Роман Тарасов. При этом ВС не расценил расторжение договора как предоставление «скидки» на недостающую сумму, обращает внимание Тарасов.

Экономколлегия приняла решение на основании соглашения о расторжении, а также в отсутствие доказательств факта неоплаты, комментирует руководитель судебной практики юрфирмы Клифф Елена Кузнецова.

Ксения Козлова из КА Делькредере солидарна с позицией Верховного суда: «При наличии действительного соглашения о расторжении, где стороны подтвердили исполнение обязательств по договору, суды не могли в этом деле рассматривать доводы истца о неполной оплате». Иного мнения придерживается руководитель юрдепартамента Национальной юридической службы «Амулекс» Надежда Макарова. Она напоминает, что расторжение договора прекращает обязательства, если иное не следует из их сути (п. 2 ст. 453 ГК). А суть строительного подряда как раз в том, что подрядчик выполняет работы, а заказчик их оплачивает, объясняет Макарова.

В деле «Стройиндустрии» было подписано соглашение о расторжении, но акт о приемке работ – это другой документ с другими юридическими последствиями, обращает внимание Тарасов. Если акт о приемке работ подтверждает, что все сделано и претензий нет, то это не мешает участнику договора доказывать в суде ненадлежащее исполнение обязательств, говорит Тарасов.

В то же время иногда такое противоречивое поведение могут расценить как недобросовестное, предупреждает Тарасов.

Не только подрядчик может требовать деньги – заказчик может быть недоволен качеством работ, которые он уже принял по акту. Козлова советует последнему своевременно заявлять возражения, ведь суды учитывают, сколько времени прошло между сдачей работ и предъявлением претензий. Они учитывают и другие обстоятельства. Например, недостатки скрытые или явные. В то же время нередко критика заказчика может объясняться лишь нежеланием оплачивать работы, признает Козлова. Юрист дала советы, какие доводы и доказательства пригодятся в таком споре.

В пользу стороны, которая имеет претензииВ пользу стороны, которая ссылается на подписанный актЗаключения специалистов о несоответствии качества/объема выполненных работ условиям договора, о нарушениях, которые повлияли на результат работ.Ссылки на положения договора, которые предусматривают порядок приемки работ и заявление возражений.Возражения заказчика, заявленные по ходу исполнения договора, но не исполненные подрядчиком.Отсутствие мотивированного отказа и возражений на актах приемки.Доказательства, что использовать результат работ невозможно (например, отказ ввести объект в эксплуатацию, отказ в госэкспертизе проектной документации).Доказательства, которые подтверждают, что заказчик был информирован о ходе выполнения работ (например, на объекте был супервайзер или проводились дополнительные исследования по ходу исполнения договора).Доказательства, подтверждающие скрытый характер недостатков (например, результат работ – технически сложный объект (проектно-изыскательные работы), при приемке работ невозможно проверить надлежащее выполнение).Доказательства использования объекта на момент рассмотрения спора (например, отделочные работы на объекте).

«Главный совет» даёт Хмелевский из BGP Litigation: в документах отражать только то, что было, а не то, что будет. Если всё-таки хочется отразить будущие факты, Хмелевский рекомендует прямо указать, что они только наступят.

В судебной практике наметилась тенденция к сохранению стабильности гражданского оборота, и из-за этого сделки признают недействительными лишь в исключительных случаях, говорит Елена Норкина, старший юрист ЮФ Волга Лигал. Исключением из этого являются оспаривания сделок по так называемым банкротным основаниям, отмечает она: «Участившееся число подобных разбирательств очевидно связано с нынешними экономическими реалиями».

Сроки и специальный субъект

Заявители объективно ограничены в возможности доказать основания недействительности обжалуемых соглашений, объясняет Полина Стрельцова, юрист по банкротным проектам ЮФ Vegas Lex: «Истцы не имеют доступа ко всей документации и сведениям, относящимся к оспариваемой сделке». Учитывая такую особенность, правоприменитель упростил задачу заявителям в подобных спорах. Истцам достаточно подтвердить существенность сомнений в реальности сделки и ее действительной цели, а ответчик уже должен опровергнуть эти аргументы (п. 20 Обзора судебной практики Верховного суда № 5, который утвержден Президиумом ВС РФ 27 декабря 2017 года).

Самое общее обстоятельство в таком оспаривании – злоупотребление правом при заключении сделки. Но чем более специальным будет основание, тем эффективнее признать соглашение недействительным, говорит Анастасия Муратова, юрист правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры.

Но в таких случаях и сложнее собрать доказательства, правильно их квалифицировать, сформировать правовую позицию, добавляет она. Эксперт поясняет, что на практике одна и та же сделка зачастую содержит в себе признаки недействительности по разным причинам одновременно: «Поэтому важен не только сбор доказательств (выписки по счетам должника, сведения о его имуществе на различные периоды, документы по конкретным сделкам), но и их правильная интерпретация».

В обсуждаемых спорах, по сравнению с обычным оспариванием, есть специальный субъект –это управляющий должника, обращает внимание Голенев. Но не на каждом этапе банкротства арбитражный управляющий наделен возможностью оспорить сделки, предупреждает Муратова. В процедуре наблюдения он таким правом не обладает. В споре о банкротстве ООО «НГЦ МЖК» (дело № А43-19799/2015) арбитражный управляющий Анна Кириллова оспаривала сделку несостоятельной организации по уступке долга, когда уже шло конкурсное производство. Но параллельно с этим суды постановили отменить решение о банкротстве предприятия и вернули фирму в процедуру наблюдения. Ссылаясь на это обстоятельство, три инстанции посчитали правильным не рассматривать требование Кирилловой о признании сделки недействительной, пока компания не войдет в конкурсный этап. Производство по заявлению управляющего приостановили. Суды указали на то, что по закону временный управляющий в процедуре наблюдения не может оспаривать соглашения банкротящейся фирмы.

Трудности возникают и при определении правильных сроков в этой теме. По общему правилу годичный срок для оспаривания подозрительной сделки считается с даты открытия конкурсного производства, говорит Артур Зурабян, руководитель практики международных судебных споров и арбитража ART DE LEX. Хотя управляющий или кредиторы могут доказать, что они узнали о спорной операции значительно позже. Так, в деле № А46-6454/2015 управляющий оспорил сделки банкрота через два года после принятия судом решения о несостоятельности предприятия. Тем не менее три инстанции признали столь позднее обращение законным, сославшись на то, что заявитель не получал первичные документы по спорным соглашениям и вообще узнал о них случайно, участвуя в другом разбирательстве.

Срок для оспариванияОснование для оспаривания1 месяц до принятия заявления о признании банкротом.

Когда сделка привела или может привести к досрочному удовлетворению требований одних кредиторов перед другими Если одному из кредиторов оказано предпочтение.

6 месяцев до принятия заявления.Когда сделка направлена на обеспечение обязательства, возникшего до ее совершения. Если операция изменила или может изменить очередность удовлетворения требований одного из кредиторов должника.6 месяцев до принятия заявления.Когда кредитор или контрагент по сделке знал о признаках несостоятельности должника или недостаточности его имущества.1 год до принятия заявления.Когда по сделке получено неравноценное встречное предоставление. Если цена в худшую для должника сторону отличается от цены по аналогичным операциям.3 года до принятия заявления.Если сделка причиняет вред имущественным правам и интересам кредиторов и другая сторона соглашения знала о такой противоправной цели. Вывод активов и банкротство банков

Но главные проблемы в банкротстве возникают, когда бенефициары должника пытаются спасти имущество. Для этого они используют различные схемы, одна из таких – вывести активы из несостоятельной компании путем заключения нескольких последовательных сделок между контрагентами, которые формально не связаны между собой. Зачастую в этой ситуации одно или несколько промежуточных звеньев в дальнейшем ликвидируются, объясняет Зурабян. Ранее подобные хитрости помогали не возвращать имущество в конкурсную массу, даже если сделки успешно оспаривались, говорит эксперт. Но сейчас судебная практика защищает добросовестных участников оборота, отмечает юрист. Теперь в таких делах суды не оценивают аффилированность банкрота с его контрагентами лишь по юридическим признакам (участие в уставном капитале общества, наличие полномочий на принятие решений от имени обществ), предупреждает Стрельцова. Суды стали смотреть на признаки фактической аффилированности между участниками спорного соглашения.

В подобных ситуациях получится применить и последствия недействительности сделки в отношении последнего приобретателя выведенных активов. Так, в деле № А40-33328/16 компания «Инвестиционный Торговый Бизнес Холдинг», получив от Инвестторгбанка кредит на 300 млн руб., по цепочке сделок передала эти средства другим фирмам и физлицам. Операции эти провели менее чем за год до того, как ЦБ назначил в банке временную администрацию – Агентство по страхованию вкладов. АСВ обжаловало спорные соглашения, доказав, что 300 млн руб. через цепочку сделок фактически ушли акционерам кредитной организации. Суды признали спорные соглашения недействительными и постановили, что истинные заемщики должны вернуть эту сумму банку.

Вообще, когда оспариваются банковские операции, совершенные перед банкротством кредитной организации, доказательства недобросовестности второго участника сделки порой не выдерживают никакой критики, возмущается Норкина. По ее словам, иногда кажется, что суду достаточно одного лишь заявления АСВ, чтобы признать такие сделки недействительными. Она замечает, что аналогичные ситуации возникают и с банками, которые не стали несостоятельными, а лишь переживают финансовые трудности. Так, в деле № А40-183445/2016 на втором круге рассмотрения АСГМ отказался взыскивать с санируемого банка «Уралсиб» возмещения по банковским гарантиям на $20 млн. Суд пришел к выводу, что сделки по выпуску гарантий наносят ущерб банку и другим его кредиторам. А бенефициар по спорным соглашениям является недобросовестным лицом, так как принял гарантии от «проблемной» кредитной организации, заключил суд.

Участниками подобных разбирательств при банкротстве кредитных организаций становятся и их заёмщики. Клиент Волжского социального банка внес очередной платеж по кредиту за месяц до того, как у банка отозвали лицензию. Если учитывать временной период, в который прошла эта операция, то временная администрация банка в лице АСВ добилась признания этой сделки недействительной (дело № А55-28168/2013). Заявитель указал, что клиент, перечисляя деньги ВСБ, знал о плачевном финансовом состоянии своего кредитора. Вместе с тем Норкина считает, что такие сделки надо оспаривать лишь в тех случаях, когда есть весомые доказательства осведомленности заемщика о проблемах банка, деньги клиента для погашения займа хранятся в этой же кредитной организации, а корреспондентский счет банка уже заблокирован.

Если говорить о еще одном основании («неравноценном встречном предоставлении»), то по нему получится оспорить сделки предбанкротного периода, когда ликвидное имущество должника продали по цене существенно ниже рыночной, приводит пример Евгений Пугачев из ЮФ Интеллектуальный капитал: «Или когда покупатель так и не заплатил деньги за приобретенный актив». Кроме того, по специальным банкротным основаниям можно оспорить не только договоры или соглашения, но и платежи должника, говорит юрист: «Например, банковский безналичный перевод, который в судебной практике расценивается как сделка».

В обсуждаемых спорах нередко приходится доказывать и осведомленность контрагента о неплатёжеспособности фирмы в ее предбанкротный период, чтобы признать сделку недействительной, замечает Муратова. Но подтвердить такой факт сложно, поэтому суды чаще всего принимают решение не в пользу заявителя. В деле № А40-16677/16 о банкротстве «Р-Холдинга» 9-й ААС разъяснил, что знание о наличии у предприятия многочисленных кредиторов еще нельзя приравнивать к осведомленности о неплатежеспособности компании.

Недостатки и сложности

Оспаривание сделок в банкротстве – это сложный комплексный процесс, который требует учесть финансово-экономическое состояние должника за период, предшествующий спорной операции, говорит Роман Речкин, старший партнер Интеллект-С. Кроме того, такое оспаривание, как правило, происходит не один месяц – за это время ответчик успевает вывести все свои активы, рассказывает Муратова. Поэтому даже успех в подобном деле вовсе не гарантирует, что удастся реально пополнить конкурсную массу должника, резюмирует Муратова.

Говоря о других недостатках в регулировании обсуждаемых отношений, Алмаз Кучембаев, руководитель юрагентства Кучембаев и партнеры, предлагает законодательно регламентировать, что оспаривать сделку по выводу имущества может любой взыскатель, а не только тот, который являлся взыскателем на дату спорной сделки. В заключение эксперт считает справедливым установить одинаковые правила по оспариванию подобных сделок для юридических и физических лиц – по аналогии со ст. 213.32 «Закона о банкротстве» («Особенности оспаривания сделки должника-гражданина»).