Кто потерпевший по ст159 ук рф

Рубрики Вопрос юристу

Определение Конституционного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 2230-О “Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бухтоярова Геннадия Семеновича на нарушение его конституционных прав положениями статьи 159, примечанием к статье 201 Уголовного кодекса Российской Федерации и частью девятой статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации”

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Г.С. Бухтоярова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Г.С. Бухтояров, осужденный за совершение мошенничеств с использованием служебного положения, оспаривает конституционность положений статьи 159 УК Российской Федерации, которая устанавливает ответственность за мошенничество, т.е. хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием (часть первая), мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, а равно в крупном размере (часть третья); примечания к статье 201 данного Кодекса, согласно которому выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, а также в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением, в статьях главы 23, а также в статьях 199.2 и 304 данного Кодекса признается лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа, а также лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях.

Также заявитель просит проверить конституционность части девятой статьи 42 УПК Российской Федерации, которая предусматривает, что в случае признания потерпевшим юридического лица его права осуществляет представитель.

По мнению заявителя, статья 159 УК Российской Федерации позволяет признавать генерального директора юридического лица (общества с ограниченной ответственностью) субъектом мошенничества в отношении имущества данного лица, взаимосвязанные положения части третьей этой статьи и примечания к статье 201 данного Кодекса не исключают расширительное толкование перечня статей, на которые распространяется указанное примечание, а часть девятая статьи 42 УПК Российской Федерации допускает участие в качестве представителя потерпевшего — юридического лица — его учредителя, чьи полномочия не подтверждены доверенностью, вследствие чего оспариваемые статьи — по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, — не соответствуют статьям 45 (часть 1), 46 (часть 1), 49 и 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, любое преступление, а равно наказание за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы — в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, — каждый мог предвидеть уголовно-правовые последствия своих действий (бездействия) (постановления от 27 мая 2008 года № 8-П, от 13 июля 2010 года № 15-П и др.).

Статья 159 УК Российской Федерации определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. При этом под хищением, согласно пункту 1 примечаний к статье 158 УК Российской Федерации, в статьях данного Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Нет оснований полагать, что указанные нормы содержат неопределенность в части признаков преступления (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2009 года № 422-О-О, от 17 июня 2013 года № 1021-О, от 20 марта 2014 года № 588-О и от 23 декабря 2014 года № 2859-О). Закрепляемые в этих нормах общие признаки мошенничества и предусмотренный в части третьей статьи 159 УК Российской Федерации особо квалифицирующий его признак «использование своего служебного положения» подлежат установлению во взаимосвязи с положениями Общей части уголовного закона, в том числе определяющими принцип и формы вины, основание уголовной ответственности (статьи 5, 8, 24 и 25), а также с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 года № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», согласно которому мошенничество совершается путем обмана или злоупотребления доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо либо уполномоченный орган власти передают имущество или право на него другим лицам либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другими лицами (пункт 1), под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными пунктом 1 примечаний к статье 285 УК Российской Федерации, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным примечанием к статье 201 данного Кодекса (абзац первый пункта 24).

Часть же девятая статьи 42 УПК Российской Федерации, не закрепляя конкретного перечня документов, которыми могут подтверждаться полномочия представителя, в случае признания потерпевшим общества с ограниченной ответственностью подлежит применению во взаимосвязи с положениями Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в частности его статьей 8, определяющей права участников общества, и с учетом разъяснений, которые даны постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» о том, что в случае, когда потерпевшим признано юридическое лицо, его права и обязанности в суде осуществляет представитель, полномочия которого должны быть подтверждены доверенностью, оформленной надлежащим образом, либо ордером, если интересы юридического лица представляет адвокат; когда в судебном заседании участвует руководитель предприятия, учреждения (организации), его полномочия должны быть удостоверены соответствующей доверенностью или другими документами (пункт 6).

Соответственно, оспариваемые заявителем законоположения не могут расцениваться как нарушающие его конституционные права в указанном им аспекте, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бухтоярова Геннадия Семеновича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

О значении умысла в квалификации мошенничества

Верховный Суд дал разъяснения по квалификации многократных эпизодов мошенничества, совершенного в отношении нескольких потерпевших

Адвокаты отметили важность разъяснения для защиты, поскольку в обоснование своей позиции теперь можно будет ссылаться не на теорию уголовного права, а на разъяснительный документ высшей судебной инстанции.

Согласно материалам уголовного дела, приведенного в очередном Обзоре судебной практики ВС РФ, в период 2012–2014 гг. осужденная, злоупотребляя доверием потерпевших, убеждала их получить кредит либо добивалась передачи ей денег, обещая совершить в пользу потерпевших определенные действия. При этом она знала, что погашать кредиты и совершать данные действия не будет. Помимо этого осужденная, похитив у одного из потерпевших деньги и не желая их возвращать, организовала его похищение с целью получения выкупа. Всего ею было похищено у потерпевших денежных средств в особо крупном размере на общую сумму более 13 млн руб.

По приговору суда виновная была осуждена по ч. 4 ст. 159 УК РФ («Мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение») на 6 лет лишения свободы со штрафом в размере 400 тыс. руб. и по ряду положений ст. 30 («Приготовление к преступлению и покушение на преступление»), ст. 33 («Виды соучастников преступления») и ст. 126 УК РФ («Похищение человека») на 7 лет лишения свободы. По совокупности преступлений ей было назначено 10 лет лишения свободы со штрафом в размере 400 тыс. руб.

Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ, рассмотрев уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной, изменила приговор в части квалификации ее действий по ч. 4 ст. 159 УК РФ. Судебная коллегия указала, что по смыслу уголовного закона от совокупности преступлений следует отличать продолжаемое хищение, состоящее из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника, объединенных единым умыслом и составляющих в своей совокупности единое преступление. Как хищение в особо крупном размере должно квалифицироваться совершение нескольких хищений чужого имущества, общая стоимость которого превышает 1 млн руб., если эти хищения совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить хищение в особо крупном размере.

Судебная коллегия отметила, что поскольку судом не установлен умысел осужденной, направленный на хищение денежных средств потерпевших в особо крупном размере, а размер похищенных денежных средств ни у одного из них не превышает 1 млн руб., то ее действия нельзя признать мошенничеством, совершенным в особо крупном размере. Суд указал, что в приговоре приведены фактические обстоятельства, свидетельствующие о том, что каждый раз у осужденной возникал умысел на совершение мошенничества в разных суммах в отношении различных потерпевших. Судом также установлено, что преступные действия, направленные на хищение чужого имущества в форме мошенничества, совершены ею разными способами: часть из них − путем обмана, часть − путем злоупотребления доверием. При таких обстоятельствах содеянное ею не может расцениваться как продолжаемое преступление, решил Суд, переквалифицировав совершенные действия с ч. 4 ст. 159 УК РФ на ч. 2 ст. 159 УК РФ («Мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину») в отношении ряда потерпевших и на ч. 3 ст. 159 УК РФ («Мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, а равно в крупном размере») в отношении остальных.

По совокупности преступлений осужденной окончательно назначено 9 лет лишения свободы со штрафом в размере 100 тыс. руб.

Адвокат АБ «Забейда, Касаткин, Саушкин и партнеры» Андрей Гривцов отметил, что ВС РФ в данном случае подтвердил установленное теорией уголовного права правило квалификации деяния, исходя из направленности умысла. «Разъяснение имеет значение для практики, поскольку, на моей памяти, ранее подобных разъяснений от Верховного Суда РФ применительно к квалификации однотипных мошенничеств, совершенных в отношении нескольких потерпевших, не было, – объяснил он. – Учитывая, что Обзоры Верховного Суда РФ носят ориентирующий характер, практика отныне должна пойти исключительно по тому пути, о котором речь идет в Обзоре».

Он также обратил внимание на то, что ошибки в квалификации могут быть весьма существенными для соблюдения прав и законных интересов обвиняемых, поскольку в некоторых случаях речь может идти о том, что каждое самостоятельное деяние, например, вовсе не образует состава преступления в силу размера похищенного или является преступлением небольшой тяжести, а при сложении сумм похищенного у разных потерпевших можно получить ошибочную квалификацию деяний как одного тяжкого преступления.

«Для защиты это разъяснение значимо, поскольку в обоснование своей позиции теперь можно будет ссылаться уже не на теорию уголовного права, а на разъяснительный документ высшей судебной инстанции», – заключил эксперт.

По мнению партнера АБ «Ковалёв, Рязанцев и партнеры» Михаила Кириенко, ВС РФ в очередной раз подчеркнул обязанность судов ответственно подходить к оценке признаков субъективной стороны составов преступлений. «Правоохранители в ряде случаев любят завышать квалификацию, вменяя общую сумму похищенного имущества в результате мошеннических действий, чем, помимо прочего, облегчают себе бремя доказывания отдельных признаков преступлений в отношении каждого отдельного эпизода, – отметил адвокат. – Суды же следуют логике правоохранительных органов, что иногда приводит к серьезным последствиям». При правильной квалификации ряда тождественных действий как самостоятельных преступлений по отдельным из них могут истечь сроки давности привлечения к уголовной ответственности или отсутствовать минимально необходимая сумма для определения преступления, объяснил он.

Он добавил, что правильная квалификация может привести к определению иного, менее строгого вида исправительного учреждения, позволит применить правила поглощения при назначении окончательного наказания. «Игнорирование данных моментов – прямой путь к неправосудному решению», – подчеркнул эксперт.

Прокуратура района разъясняет статью 159 УК РФ — «Мошенничество»

В связи с поступающими в территориальные органы полиции УМВД района многочисленными заявлениями граждан о совершении в отношении них мошенничества, прокуратура района разъясняет статью 159 УК РФ — «Мошенничество».

К уголовной ответственности по статье 159 УК РФ привлекают лиц, совершивших хищение имущества или приобретение права на имущество путем обмана или злоупотреблением доверием, достигших к моменту совершения преступления возраста четырнадцати лет.

Под хищением в статье 159 понимается совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие чужого имущества, путем обмана собственника или иного владельца этого имущества. Виновный умышленно вводит потерпевшего в заблуждение, в результате чего он сам передает имущество виновному.

По части 2 статьи 159 УК РФ к уголовной ответственности привлекаются лица, совершившие мошенничество группой лиц (два и более человека) по предварительному сговору, с причинением значительного, свыше 2 500 рублей, ущерба собственнику или иному владельцу имущества.

Ответственность по части 3 статьи 159 УК РФ предусмотрена для граждан, совершивших мошенничество с использованием своего служебного положения, а также для лиц, причинивших своими действиями потерпевшему ущерб в крупном размере, свыше 250 000 но менее 1 000 000 рублей.

Часть 4 статьи 159 УК РФ предусматривает ответственность за мошенничество совершенное в составе организованной преступной группы, а также с причинением потерпевшему ущерба в особо крупном размере, превышающем сумму 1 000 000 рублей.

Дела о мошенничестве, возбужденные по статье 159 УК РФ, относятся к так называемым делам альтернативной подследственности. Производство предварительного расследования по делам данной категории относится к компетенции сотрудников разных правоохранительных органов.

По уголовным делам, возбуждаемым по части 1 статьи 159 УК РФ, предварительное расследование производится в форме дознания и относится к компетенции дознавателей территориальных органов внутренних дел Российской Федерации по месту совершения преступления.

Дела о мошенничестве, предусмотренном частями 2 и 4 статьи 159 УК РФ, расследуются следователями следственных управлений органов внутренних дел РФ, либо в случаях, предусмотренных п. 5 статьи 151 УПК РФ следователями правоохранительных органов, выявивших мошенничество.

В ходе предварительного расследования дознаватели и следователи обычно должны доказать, что обвиняемый в мошенничестве обманом или злоупотребляя доверием потерпевшего, ввел его в заблуждение, получив при этом денежные средства, имущество или имущественные права, то есть совершил преступление, предусмотренное статьей 159 УК РФ.

В качестве доказательств вины обвиняемого в совершении мошенничества, лица производящие предварительное расследование, используют такие доказательства как показания потерпевших и свидетелей, документы, подтверждающие факт передачи имущества или прав, либо свидетельствующие о введении потерпевшего в заблуждение, иные материалы и документы, подтверждающие факт совершения обвиняемым преступления, предусмотренного статьей 159 УК РФ.

По более сложным делам о мошенничестве, следователи кладут в основу обвинения заключения различных экспертов. Как правило, это заключения судебной бухгалтерской, финансово-хозяйственной, технической, почерковедческой и иных видов экспертиз, которые призваны доказать наличие в деянии обвиняемого состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ.

Уголовные дела, направляемые в суд с обвинительным актом по части 1 статьи 159 УК РФ подсудны по первой инстанции мировому суду. Дела о преступлениях, предусмотренных частями 2, 3 и 4 статьи 159 УК РФ подсудны районным судам городов и областей Российской Федерации.

Преступления, предусмотренные частями 1 и 2 статьи 159 УК РФ отнесены УК РФ к преступлениям небольшой и средней тяжести соответственно. Это означает, что подсудимый, впервые совершивший преступление, примирившийся с потерпевшим и загладивший вред, причиненный преступлением, может быть освобожден судом от уголовной ответственности, с прекращением дела по основаниям, предусмотренным статей 25 УПК РФ.

Вынося приговор по статье 159 УК РФ суд первой инстанции должен установить необходимые факты и обстоятельства. Имела ли место безвозмездная передача денег, имущества или прав на него. Обладает ли факт передачи имущества признаками хищения, совершенного под воздействием обмана или злоупотребления доверием. Какова стоимость переданного имущества или прав на него или каков размер полученных денежных средств.

Представители прокуратуры в судебном заседании по статье 159 УК РФ поддерживают государственное обвинение и основывают его на доказательствах, собранных в ходе предварительного расследования и положенных в основу обвинительного заключения или акта.

Мошенничество по ст. 159 УК РФ (размер и ответственность)

Ст. 159 УК РФ — мошенничество содержит санкции за такое преступление, как хищение чужого имущества. Но, в отличие от кражи, грабежа или разбоя, в этом случае преступник пользуется более тонкими психологическими методами, прибегая к обману или злоупотреблению доверием.

Как доказать факт совершения мошенничества, в какой статье за него предусмотрена уголовная ответственность?

Чтобы понять, было ли совершено обговариваемое преступление, следует подробно рассмотреть установленный для мошенничества состав преступления. Хищение, для совершения которого пострадавшего обманули или злоупотребили его доверием, может квалифицироваться как мошенничество только в следующих случаях:

  • Есть потерпевший, который из-за обмана отдал свое имущество.
  • Преступник действовал умышленно; он понимал, зачем обманывает потерпевшего, и хотел завладеть его имуществом.
  • Способами совершения преступления могут быть только обман или злоупотребление доверием. Ни о каком насилии или угрозах речи не идет.
  • Преступник может завладеть как имуществом, так и правами на него.

Какое наказание может ожидать преступника, говорится в ст. 159 УК РФ. Но это не единственная норма, которая распространяется на мошеннические действия — УК содержит еще 5 норм со сходным составом (ст. 159.1–159.3, ст. 159.5 и 159.6).

Мошенничество в особо крупном и в крупном размере — это сколько в денежном эквиваленте?

Хищение может касаться имущества, разного по стоимости, и в зависимости от размера нанесенного ущерба к преступнику применяется разное по строгости наказание. Существует следующая градация ущерба:

  • значительный для гражданина — больше 5 000 рублей;
  • значительный для индивидуального предпринимателя или организации в случае с мошенничеством, связанным с неисполнением договорных обязательств, — более 10 000 рублей;
  • крупный — больше 250 000 рублей;
  • особо крупный — больше 1 000 000 рублей;
  • крупный и особо крупный для ИП или организации в случае с мошенничеством, связанным с неисполнением договорных обязательств, — более 3 000 000 и 12 000 000 рублей соответственно.

Чтобы понять, какой же был нанесен ущерб, нужно узнать стоимость похищенного имущества.

Виды наказания в статье 159 УК РФ за мошенничество

В статье 159 УК РФ есть 7 частей, в каждой из которых описаны виды наказания для мошенничества, имеющего свои характеристики. Самое лояльное наказание предусмотрено за обычное мошенничество, а вот с увеличением размера убытков санкции становятся строже.

Так, за неквалифицированное мошенничество, то есть за деяние, попадающие под действие ч. 1 ст. 159 УК, наказание варьируется от штрафа, максимальная сумма которого 120 000 рублей, до 2 лет лишения свободы. За групповое мошенничество (ч. 2 ст. 159 УК) наказание несколько строже — от штрафа (максимум — 300 000 рублей) до 5 лет лишения свободы. По этой же части нормы квалифицируется и мошенничество, сопряженное с причинением потерпевшему значительного ущерба.

Мошенники, использовавшие в преступных целях свое служебное положение, а также те, чьи действия повлекли причинение крупного ущерба (ч. 3 ст. 159 УК), наказываются как минимум штрафом (от 100 000 до 500 000 рублей), а как максимум лишаются свободы на 6 лет. За мошенничество в организованной группе или причинившее ущерб в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК) последует безальтернативное лишение свободы — до 10 лет.

В ч. 5–7 ст. 159 УК рассматриваются так называемые экономические составы мошенничества, то есть связанные с намеренным неисполнением виновным обязательств по договорам, сторонами которого выступают ИП или коммерческие предприятия. Наказание здесь варьируется от 100 000 рублей штрафа до 10 лет лишения свободы.

Лица, которые обвиняются в мошенничестве, используют различные формы обмана, а между самими противоправными действиями и передачей имущества может пролегать длительный период. Поэтому при квалификации преступления нужно обращаться не только к нормам уголовного законодательства, но и к обобщенной судебной практике в данной сфере.

Публикации

О судебной практике по делам о мошенничестве

Наталья Маликова, Юрист Поволжской дирекции

Маликова_эж-Юрист_О судебной практике по делам о мошенничестве_12.2017

В Постановлении № 48 разъяснены вопросы применения ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса РФ (далее – УК РФ), предусматривающем, в частности, наказание за мошенничество, повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение.

В Постановлении № 48 даны определения следующих понятий:

– право на жилое помещение.

К жилым помещениям по смыслу ч. 4 ст. 159 УК РФ относятся жилой дом, часть жилого дома, квартира, часть квартиры, комната в жилом доме или квартире независимо от формы собственности, входящие в жилищный фонд. К жилым помещениям не могут быть отнесены объекты, не являющиеся недвижимым имуществом, а именно палатки, автоприцепы, дома на колесах, строительные бытовки, иные помещения, строения и сооружения, не входящие в жилищный фонд.

При этом, согласно Постановлению № 48, в предмет доказывания по уголовному делу рассматриваемой категории не входит проверка соответствия помещения санитарным, техническим и иным нормам, а также его пригодности для проживания.

Таким образом, разработчики Постановления № 48 четко разграничили термины «жилое помещение» в рамках ст. 159 УК РФ и «жилое помещение», «жилище» в рамках ст. 15 Жилищного кодекса РФ и ст. 139 УК РФ соответственно, признаком которых является пригодность объекта для постоянного или временного проживания.

Под правом на жилое помещение понимается принадлежащее гражданину на момент совершения преступления:

1) право собственности;

2) право пользования, в том числе:

– членами семьи собственника;

– на основании завещательного отказа;

– на основании договора ренты и пожизненного содержания с иждивением;

– на основании договора социального найма и др.

Пленум ВС РФ обращает внимание на то, что для квалификации преступления по ч. 4 ст. 159 УК РФ не имеет значения:

– являлось ли жилое помещение у потерпевшего единственным;

– использовалось ли жилое помещение для его собственного проживания.

Не подлежат квалификации по ч. 4 ст. 159 УК РФ следующие деяния:

– лишение потерпевшего возможности приобретения права на жилое помещение;

– привлечение денежных средств граждан в нарушение требований законодательства РФ об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и/или иных объектов недвижимости при отсутствии признаков мошенничества (в этом случае применяется ст. 200.3 УК РФ).

Разъяснены вопросы применения ч. 5–7 ст. 159 УК РФ по делам о мошенничестве, связанным с неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности.

Указанный состав преступления имеет место при наличии следующей совокупности условий:

– налицо признаки хищения или приобретения права на чужое имущество путем обмана либо злоупотребления доверием;

– преступление совершается с прямым умыслом, возникшим до получения права на предмет мошенничества (данное указание, по мнению разработчиков Постановления № 48, позволит отграничить преступное деяние от нарушения гражданско-правовых обязательств);

– договор заключен в сфере предпринимательской деятельности, и его сторонами являются индивидуальные предприниматели и/или коммерческие организации;

– виновное лицо является индивидуальным предпринимателем или членом органа управления коммерческой организации;

– деяние причинило ущерб в размере 10 тыс. руб. и более.

Не имеет значения для квалификации преступления по ч. 5–7 ст. 159 УК РФ:

– каким образом виновный распорядился или планировал распорядиться похищенным имуществом;

– имущественное положение потерпевшего при определении размера ущерба.

Пленум ВС РФ также обратил внимание на то, что, если умысел лица направлен на хищение чужого имущества путем обмана или злоупотребления доверием под видом привлечения денежных средств либо иного имущества граждан или юридических лиц для целей инвестиционной, предпринимательской и иной законной деятельности, которую лицо фактически не осуществляло, то содеянное в зависимости от обстоятельств дела образует состав мошенничества и дополнительной квалификации по ст. 172.2 УК РФ либо по ст. 200.3 УК РФ не требует.

Разъяснены вопросы применения ст. 159.1 УК РФ по делам о мошенничестве в сфере кредитования.

Преступление, предусмотренное данной статьей, характеризуется наличием прямого умысла – заведомым отсутствием намерения возвратить испрошенный кредит.

Субъектом преступления может быть заемщик или представитель юридического лица. Кредиторами являются банк или иная кредитная организация, обладающая правом заключения кредитного договора (ст. 819 Гражданского кодекса РФ). Таким образом, потерпевшими по соответствующему делу не могут быть признаны юридические и физические лица, заключившие с виновным лицом договоры займа, в том числе микрофинансовые организации.

Обман при совершении мошенничества в сфере кредитования заключается в предоставлении кредитору заведомо ложных или недостоверных сведений об обстоятельствах, наличие которых предусмотрено им в качестве условия для выдачи кредита.

Не образуют состав преступления по ст. 159.1 УК РФ следующие деяния:

– использование субъектом для получения кредита чужого паспорта с целью выдачи себя за другое лицо или подложных учредительных документов несуществующих юридических лиц (в такой ситуации применяется ст. 159 УК РФ);

– использование для получения кредита граждан, не осведомленных о преступных намерениях виновного лица (применяется ст. 159 УК РФ);

– предоставление ложных сведений с целью получения кредита или льготных условий по нему с намерением исполнить договорные обязательства (применяется ст. 176 УК РФ).

Разъяснены вопросы применения ст. 159.6 УК РФ по делам о мошенничестве в сфере компьютерной информации.

Вмешательством в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации или информационно-телекоммуникационных сетей признается совокупность следующих факторов:

– целенаправленное воздействие осуществляется посредством программных и/или программно-аппаратных средств;

– воздействие оказывается на серверы, средства вычислительной техники (компьютеры), снабженные соответствующим программным обеспечением, или на информационно- телекоммуникационные сети;

– воздействие нарушает установленный процесс обработки, хранения, передачи компьютерной информации;

– воздействие позволяет виновному или иному лицу незаконно завладеть чужим имуществом или приобрести право на него.

В Постановлении № 48 разъяснено, что не каждый факт ввода компьютерной информации со злым умыслом признается преступлением, предусмотренным ст. 159.6 УК РФ. Так, под названную статью не подпадает хищение посредством:

– использования заранее похищенной или поддельной платежной карты для получения наличных денежных средств через банкомат (в такой ситуации применяется ст. 158 УК РФ);

– использования учетных данных собственника или иного владельца имущества независимо от способа получения доступа к таким данным (применяется ст. 158 УК РФ), за исключением случаев незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекоммуникационные сети(СНОСКА. ) 1 ;

– распространения заведомо ложных сведений в информационно-телекоммуникационных сетях, включая сеть «Интернет», например, посредством создания поддельных сайтов благотворительных организаций, интернет-магазинов, использования электронной почты (применяется ст. 158 УК РФ).

Стоит отметить, что в текст Постановления № 48 не был включен вывод, заявленный в п. 1 его проекта, обсуждавшегося на заседании Пленума ВС РФ 14 ноября 2017 года, о том, что вмешательство в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации либо информационно-телекоммуникационных сетей является способом хищения при мошенничестве в сфере компьютерной информации. Разработчики документа не смогли прийти к однозначному мнению о том, является ли такое вмешательство самостоятельным способом хищения или это всего лишь одна из разновидностей обмана.

Таким образом, вопрос о способе хищения при мошенничестве в сфере компьютерной информации остался неразрешенным.

Разъяснены спорные вопросы хищения безналичных денежных средств.

Согласно Постановлению № 48 хищение таких денежных средств является хищением имущества, а не приобретением права на него. Кроме того, электронные денежные средства могут являться предметом мошенничества и рассматриваются как разновидность безналичных денежных средств.

Наиболее оживленную дискуссию в ходе заседания Пленума ВС РФ 14 ноября 2017 года вызвал вопрос о моменте окончания преступления при хищении безналичных денежных средств.

В проекте Постановления № 48 предлагались два варианта описания момента, с которого такое преступление следует считать оконченным:

1) момент зачисления похищенных денежных средств на счет (на банковский счет, оператору электронных денежных средств, оператору подвижной радиотелефонной связи и др.), контролируемый прямо или косвенно лицом, совершившим деяние, или лицом, в пользу которого оно совершено;

2) момент изъятия денежных средств с банковского счета их владельца (для денежных средств, учитываемых без открытия банковского счета, – момент уменьшения остатка электронных денежных средств), в результате которого владельцу безналичных денежных средств причинен ущерб.

Апологеты второго подхода утверждали, что само по себе наличие фактов противоправного безвозмездного изъятия имущества, корыстной цели и ущерба позволяет признать хищение оконченным. По их мнению, добившись списания денег со счета потерпевшего, преступник фактически завладевает ими и получает возможность распорядиться, в том числе перевести на свой счет. Выявление обстоятельств, позволяющих установить, куда «ушли» списанные со счета денежные средства, находится за рамками квалификации мошенничества.

Противники данной позиции полагали, что, если преступление будет считаться оконченным с момента списания денег со счета потерпевшего, то виновное лицо фактически лишится возможности добровольно отказаться от совершения преступления, возникнут затруднения с определением соучастников преступления и доказыванием корыстных целей. Также нельзя утверждать, что в момент списания денежных средств преступник получает возможность ими распорядиться, так как между списанием и зачислением денег существует временной промежуток, необходимый для выполнения банковских операций, а, кроме того, денежные средства могут не попасть к преступнику в результате технической ошибки.

В результате обсуждения в Постановление № 48 был включен второй вариант: хищение безналичных денежных средств при мошенничестве следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб.

Думается, что такой подход вполне обоснован. Так, согласно примечанию 1 к ст. 158 УК РФ под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и/или обращение чужого имущества в пользу виновного либо других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Союз «или», использованный при формулировании нормы, допускает совершение хищения путем одного только изъятия и без обращения чужого имущества в чью-либо пользу. Таким образом, при причинении материального ущерба преступление уже можно считать оконченным.

В проекте Постановления № 48 предусматривалось разъяснение вопроса о месте окончания мошенничества при хищении безналичных денежных средств. Предлагалось два варианта:

1) место фактического нахождения виновного лица в момент совершения преступных действий;

2) место нахождения банка (его филиала) или иной организации, в которых владельцем денежных средств был открыт банковский счет либо велся учет электронных денежных средств без открытия счета.

По нашему мнению, второй подход являлся наиболее удачным с точки зрения соблюдения баланса интересов преступника и потерпевшего. Специфика хищений подобного рода допускает совершение преступления во время движения (например, при поездке в автомобиле), что существенно затрудняет определение места фактического нахождения виновного лица в момент совершения преступления. Кроме того, установление такого места в большей степени подвержено влиянию субъективных факторов, в том числе манипуляциям со стороны правонарушителя в целях определения наиболее выгодной для него территориальной подследственности и подсудности.

Более того, преступное воздействие может осуществляться на значительном расстоянии как от потерпевшего, так и от места нахождения предмета мошенничества, в связи с чем определение места окончания преступления по месту нахождения злоумышленника могло затруднить реализацию прав потерпевшего, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ.

В то же время определение места совершения преступления, как места нахождения банка или иной организации, позволило бы более точно определить место его совершения, а, значит, должным образом гарантировать соблюдение прав всех участников уголовного процесса, в том числе права обвиняемого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Стоит отметить, что такой подход успешно коррелирует с периодом окончания преступления при хищении безналичных денежных средств, определенным как момент их изъятия со счета владельца.

Кстати, именно из-за того, что по данному вопросу мнения участников заседания Пленума ВС РФ 14 ноября разделились, проект Постановления № 48 был направлен тогда на доработку. Но в итоге в Постановление № 48 не был включен ни один из предложенных вариантов. Разработчики посчитали, что рассмотрение указанного вопроса выходит за рамки темы Постановления № 48, так как место окончания преступления имеет значение для определения территориальной подсудности, регулируемой уголовно-процессуальным законодательством.

Таким образом, вопрос определения места совершения мошенничества, предметом которого являются безналичные денежные средства, остался неразрешенным.

Подводя итог, хочется отметить, что в Постановлении № 48 Пленум ВС РФ разъясняет вопросы применения и иных, относительно новых, норм главы 21 УК РФ о мошенничестве:

– при получении выплат (ст. 159.2 УК РФ);

– с использованием платежных карт (ст. 159.3 УК РФ);

– в сфере страхования (ст. 159.5 УК РФ).

Толкование, изложенное в Постановлении № 48, поможет судам в формировании правильной и единообразной судебной практики.

1 При этом указанным воздействием не может признаваться изменение данных о состоянии банковского счета и/или о движении денежных средств, произошедшее в результате использования виновным лицом учетных данных потерпевшего.