Что делать если украли ребенка

Рубрики Вопрос юристу

Кража детей на органы: миф или реальность?

Многие родители напуганы историями о том, как ребенок исчезает в людном месте, а потом его возвращают живым и на первый взгляд невредимым, но без какого-то органа. Реальны ли случаи похищения детей на органы или это страшилки для родителей? О таком направлении киднеппинга мы поговорили с известным юристом, детективом Михаилом Гулаком.

Возможны ли случаи кражи детей на органы в Украине?

«В Украине был один вопиющий случай, о котором мне рассказал сотрудник РОВД, – делится детектив. – Пропал ребенок в супермаркете. На видеокамере было видно, как женщина тянет упирающегося ребенка, по мимике смогли, в принципе, догадаться, что она говорила: «Ты непослушный, балованный». Ребенок кричал, упирался, но никто не подошел и не поинтересовался, чей это ребенок. Через 3 месяца в доме безутешной матери прозвенел звонок, за дверью стоял ее ребенок, опрятно одетый, чистенький, но были заметны последствия сильного стресса. Куча радости, ребенка накормили, раздели для купания и обнаружили у него с правой стороны шрам – был вырезан надпочечник».

Украина граничит с пятью странами, здесь есть регионы, где не берет связь, люди имеют по 5-6 детей и готовы отдать ребенка за бутылку водки. Поэтому тут существуют все предпосылки для преступного бизнеса. Все подобные преступления держатся под большим секретом, ведь украинским олигархам тоже нужны органы. Можно говорить о целенаправленной краже, а можно о выборочной, когда имеется обширная база, которая нуждается во всех органах. На самом деле в Украине еще со времен Советского Союза ведется незаконная имплантация. Откуда берутся хирурги, которые ездят на шикарных машинах?

Как готовят преступление?

Первый источник информации о ребенке – это роддом, здесь можно узнать группу крови ребенка, кто его родители, здесь берутся первые мазки, кровь, которая остается в архиве. Сам агент может находиться в роддоме. Второй источник – поликлиника или частная клиника. Берут необходимые анализы, осматривают зев ребенка, шпатель при этом кладется отдельно. Очень часто говорят: «Вы пролечитесь, а через неделю придите, мы вас посмотрим». На это время ребенку могут прописать какой-то препарат-стимулятор, таким образом могут уже готовить ребенка медикаментозно. Важно также, какой востребован орган. Если «разобрать» тело ребенка до 15 лет, можно получить огромные деньги. В дело идет все. Но важно учесть, что для кражи на органы ребенок должен быть здоров, хорошо питаться.

Как могут украсть ребенка?

Есть наглый, агрессивный способ кражи, как в описанном выше случае, а есть не агрессивный способ – для его подготовки нужен определенный период времени. Каким образом это происходит? Есть ребенок, которого нужно украсть. Соучастницей преступления может быть молодая женщина, которая может иметь своего ребенка, например, лет пяти. Она приходит с ребенком во двор в песочницу, знакомится с другими мамами. Говорит, что живет в соседнем дворе, при этом никто не знает, где именно. И в определенный момент эта женщина говорит: «Мы в бассейн идем, можем и вашу забрать». Были случаи, когда мама отходила в ларек или домой и просила присмотреть за ребенком, и ребенок исчезал. Есть еще способ, когда в школьный двор во время продленки приходит играть ребенок якобы с соседнего двора. Дети и воспитатели к нему привыкают, а потом с этим ребенком исчезает какой-то школьник. Как правило, ребенок-соучастник не знает, что его родители совершают преступление. Важно понимать, что здесь работает группа лиц, среди них обязательно есть хороший психолог. Есть случаи, когда заказывают ребенка под липовую семью, а на самом деле он идет на органы. Это очень обширный и аккуратный бизнес.

Наши дети порой не знают фамилий и отчеств родителей, не говоря уже о том, как реагировать на других людей. Опытный профессионал за 6 секунд подавляет волю ребенка. Дело в том, что когда следят за ребенком, обращают внимание, как мать с ним общается. Если она его строго пресекает, ребенок послушается, если с ним так же строго заговорит другой взрослый. Если же мама говорит с ребенком уважительно, строит правильный диалог, такого ребенка тяжелее подавить. Чаще всего ребенка учат, что нельзя разговаривать с незнакомыми. Но часто ведь делают так: подходит мужчина один раз на расстояние 10 метров, держит шарик или какой-то другой предмет, и ребенок думает, что это чей-то папа, ждет своего ребенка. Подходит второй раз, третий, может помахать ребенку. Ребенок привыкает, что кто-то стоит. Потом этот человек однозначно идет на контакт. Всего пару слов: «Привет, как у тебя уроки?» А потом в определенный момент ребенок исчезает. Все это время другие люди следят за матерью, за отцом, за учительницей, чтобы понимать, во сколько мама забирает ребенка, на кого она может его оставить.

Что происходит потом?

Как правило, методика, как заказчик получает ребенка или орган, держится в строжайшей тайне. Огромный риск, когда воруют ребенка, а его нужно еще перевезти. Трансплантация должна происходить либо на территории Украины, либо на территории стран, граничащих с нашей. Поэтому важно разделять вывоз ребенка за границу и вывоз органов. И порой специалисты, которые занимаются розыском, даже не знают наверняка, что именно они ищут: живого ребенка или то, что от него осталось. Не говоря уже о том, что нашу таможню преступники могут легко пересечь. Если расчленение происходит на территории Украины, то надо понимать, что в обычной больнице этого сделать не получится, поскольку слишком много людей. Скорее всего, это должен быть загородный дом, куда ребенка привозят под видом мебели. Должно быть специальное оборудование, которое стоит очень больших денег, и не менее 4-5 врачей, поскольку один точно не сделает операцию.

Как обезопасить ребенка?

Медицинская карточка открывается вами лично у врача. Если врач начинает листать что-то, это сигнал. Интересуйтесь в интернете, что за препараты прописывают вашему ребенку.

Ребенок обязательно должен быть в поле зрения. Если вы с ним куда-то пошли, у него должна быть яркая шапка или одежда, кроссовки должны светиться. Нельзя, чтобы ребенок в людном месте держался за сумку или рукав – вы должны держать его за руку. Желательно, чтобы у вас была боевая собака, которая очень любит ребенка. При этом ребенка следует научить, что он собственник этой собаки.

У ребенка должен быть свой мобильный телефон, и он не должен брать трубку стационарного телефона ни при каких обстоятельствах. Научите ребенка, что почту принимаете только вы, а к двери он не подходит. С ребенком нужно провести беседу в духе «мой дом – моя крепость».

В садике или школе преподаватель должен быть предупрежден, что ребенка можете забирать только вы.

Каждый вечер уделяйте ребенку время, спрашивайте, что происходило за день, никто ли не подходил и ни с кем ли ребенок не разговаривал. Когда в пятый раз спросите ребенка, никто ли не подходил, он уже будет начеку. Таким образом организму ставится задача быть бдительным.

Воспитывайте ребенка так, чтобы он не был падким на вещи. У него всегда должен быть выбор.

Ребенок должен быть вашим партнером. Чаще всего воруют тех детей, которые чувствуют себя обделенными, у них нет друга. Тогда этим другом станет тот, кто пришел его украсть.

Больше доверяйте детям. И если ваш ребенок говорит о том, что видел в садике незнакомую тетю, похожую на Бабу-ягу, лучше проверить, не появляются ли в садике посторонние люди.

Если ребенок сам ездит в метро, нужно, чтобы он знал, где находится милиция.

Похищение младенца из детсада в Киеве попало на камеры наблюдения

В сети обнародовано видео, сделанное камерой наружного наблюдения, на которой запечатлен момент похищения младенца из детсада в Оболонском районе Киева.

В Киеве в пятницу, 20 октября, из детского сада на Оболони похитили двухмесячного ребенка, сообщили в пресс-службе столичного главка.

«Мужчина пришел вместе с двухмесячным ребенком в садик забрать старшую дочь. Он оставил коляску с девочкой под лестницей на первом этаже здания, а сам ушел в группу. Когда же через несколько минут вернулся, обнаружил пустую коляску без переносной корзины», – говорится в сообщении.

По словам женщины, которая также пришла в садик за ребенком, она видела подозрительного мужчину с грудным ребенком на руках, который быстро выходил из здания. Злоумышленник нес ребенка в переносной корзине фиолетового цвета.

«Приметы злоумышленника: одет в черную куртку до колен и черную вязаную шапку. Возраст примерно 30 лет, среднего телосложения, около 180 см роста. Ребенок был завернут в «конвертик» белого цвета, одет в розовую шапочку на завязках, розовую махровую кофточку, синие ползунки», – добавили в столичной полиции.

Сообщается, что по факту кражи ребенка начато уголовное производство по ч. 2 ст. 146 (Незаконное лишение свободы или похищение человека) УК Украины.

Между тем на видео, обнародованном сети, видно, что ребенка выносит женщина.

Похищение детей — и со мной это случилось!

ХОЧУ ПРЕДУПРЕДИТЬ ВСЕХ – у меня пытались украсть ребенка. В РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ, В ЦЕНТРЕ НАШЕГО ГОРОДА КОЛОМНА, СРЕДИ БЕЛОГО ДНЯ. Возможно, я трачу свое драгоценное время абсолютно напрасно , Но ,ВОЗМОЖНО, это мое предупреждение кому-то поможет и предотвратит страшное несчастье.
Сразу оговорюсь : я не параноик, мне не мерещатся на каждом шагу пришельцы или привидения. Я не принимаю лекарств, и у меня нет температуры. Но 04 ноября около 11:00 , белым днем на автовокзале Голутвин у меня пытались украсть ребенка.
Мы — я и мой сын 4,5 лет возвращались в Москву после праздников, проведенных у бабушки (моей мамы).
Я вошла в центральный зал автовокзала, подошла к кассе за билетами на автобус. Мама и сын зашли за мной. Передо мной не было очереди, я наклонилась к кассе и отвлеклась на покупку билетов. В какой-то момент я обернулась и удивилась, не увидев сына. Бабушка вдруг взволновалась и спросила : «А где *** ? » ( не хочу указывать имен). Вдруг она развернулась и опрометью выбежала . Я , если честно, подумала, мол зря она так скачет. Подумаешь, малыш за колонну зашел , или сам вышел на улицу ( что, конечно, ему строго запрещено). Итак, я ,не торопясь, взяла сдачу и билеты, и пошла к выходу. На улице моя мама в грязном пальто, с шапкой набекрень и с грязным лицом держала сына за руку напротив входа в торговый центр ( ну, соседняя дверь, напротив остановки 13 и 16 маршруток). Она истошно кричала : «Женщина побежала в серой куртке, беги,беги за ней». Я не могла никуда побежать, т.к. не могла оставить ни маму в таком состоянии, ни ребенка.
Оказывается, мама вышла из дверей автовокзала и увидела, как незнакомая женщина , со спины нестарая и стройная, около 170 см. , в серой куртке и с крашенными в светлый цвет волосами быстро ведет за руку моего ребенка ко входу в этот самый торговый центр. Там всегда много людей, толчея, и есть другой выход, со стороны рынка. Мама бросилась за ними, но споткнулась и упала. Тогда, поняв, что женщина с ребенком сейчас нырнет в дверь, мама стала истошно вопить : «Украли ребенка». Посторонние люди стали останавливаться, тогда женщина резко отбросила руку сына и моментально юркнула в дверь. Все происходило очень быстро. Немного успокоившись, мы обратились в милицию, но, поскольку, мы не видели лица, кого можно было найти ? Для порядка милиционер побегал вокруг вокзала, но ведь куртку можно снять за секунду, а волосы могут быть париком. Так что никакого заявления мы не писали, а в милиции и не просили.

Оговорюсь, моя мама в здравом уме и трезвой памяти. По горячим следам мы пытались расспросить сына. Что самое удивительное – он не помнит, когда именно и кто именно взял его за руку и вывел из центрального здания автовокзала. Видимо, в какой-то момент, когда бабушка отпустила руку ребенка, эта тетка просто перехватила его и быстро вывела из здания. Повторяю, все было ОЧЕНЬ БЫСТРО !

Потом, успокоившись, мы сто раз прокручивали эту ситуацию. Даже если предположить невероятное: что мы забыли ребенка на улице, а его без взрослых увидели люди на улице, разве посторонняя женщина потащит ребенка бегом в сторону вместо того, чтобы на том же месте дожидаться растяп-родителей?

В общем, БУДЬТЕ ОСТРОЖНЫ !! Сейчас просто не знаю, как теперь выходить с ребенком на улицу… Я не представляю, что бы со мной было, если бы эта попытка удалась.
ПОСЛЕ СЛУЧИВШЕГОСЯ Я ПРОШЕРСТИЛА ИНТЕРНЕТ И НАШЛА СООБЩЕНИЕ НА ФОРУМЕ ОТ ОКСАНЫ ОТ ИЮНЯ ЭТОГО ГОДА ! Вся ситуация очень похожа. Основное : людное место, день, очень быстрые действия, при неудаче также быстрый отказ от своих намерений. МАМОЧКИ, ОСТРОЖНЕЕ !!

Что делать если украли ребенка

Ласковый незнакомец, предлагающий показать котенка, якобы старый знакомый папы, пообещавший подвести ребенка домой или давняя подруга мамы, желающая угостить малыша сладостями – какие только маски не нацепляют преступники, чтобы втереться в доверие к детям. О том, как правильно проинструктировать ребенка на случай встречи с незнакомцами, как обезопасить его и что делать, если сын или дочка пропали, рассказали наши эксперты.

Чурчхелла от свекрови из Батуми

Как можно и как нельзя называть детей в Казахстане?

Безответственные родители смертельно опасны для детей!

Чужая голова – потемки. А голова преступников – вообще кромешная тьма. Чего только не приходит им на ум при виде играющих беззащитных детей. Шеф-редактор спецпроектов КТК, в прошлом сотрудник правоохранительных органов Валерий Тараканов рассказал, ради чего наиболее часто воруют детей.

«Первая ситуация – когда ребенка крадут ради выкупа, когда похитители знают, что у него любящие, богатые родители, и они готовы выполнить все условия, выплатить любые суммы. Во-вторых, бывают ситуации, когда детей похищают из чувства мести к работодателю, родственнику, бывшему ухажеру или возлюбленной. Третий момент – это похищение детей с целью изнасилования. У нас достаточно много педофилов, извращенцев, насильников, которые могут похитить ребенка именно с целью удовлетворить свои скотские, низменные сексуальные фантазии. Четвертое – ребенка могут похитить с целью превращения его в донора для своих детей, которые болеют, либо для кого-то еще. И, в-пятых, трудовое рабство – когда ребенок также может стать объектом посягательства», – объяснил Валерий Тараканов.

Зная, какая опасность может грозить сыну или дочери на улице, взрослые должны четко проинструктировать детей о том, как поступать, если к ним пристает незнакомый человек. Тренер по детской безопасности центра «Ангел» Зарина Джумагулова считает, что при этом не обязательно детально раскрывать детям цели похищения, главное – заострить внимание ребенка на том, как правильно вести себя с незнакомцами.

«Истинные причины похищения порой настолько страшны, что ребенку не обязательно об этом знать. Когда мы спрашиваем на тренингах у детей о целях похищения, их самый популярный ответ – на органы. При этом дети сами порой не могут объяснить, что это означает. О том, что нельзя разговаривать с незнакомыми, нельзя к ним подходить, что-то у них брать и тем более уходить с ними, детям неоднократно говорят и родители дома, и учителя в школе. Я думаю, что те дети, которые попали в беду, наверняка, тоже знали об этих правилах. Проблема в том, что дети не умеют применять их на практике», – отметила Зарина Джумагулова.

По ее словам, важно не просто рассказать о правилах, а дать возможность детям потренироваться, проговорить, закрепить фразы для отказа, ведь это не так-то просто: прервать незнакомого взрослого человека, отказать ему и при необходимости даже вырваться и бежать.

«Фраз для отказа очень много. Ребенок может подобрать для себя самую удобную. Чаще всего дети почему-то начинают извиняться. У них это занимает много времени, и они не могут быстро прервать разговор. Фразы должны быть короткими, лаконичными, к примеру: «Я вас не знаю», «Я не буду с вами разговаривать», «Я спешу», «Мне надо идти», «Меня ждет папа». То есть ребенок должен произносить четкие рубленные фразы и при этом не стоят истуканом, не подпускать к себе незнакомого человек ближе, чем на два метра, а уходить в безопасном направлении», – рекомендует тренер.

Ошибка родителей в том, что многие нагнетают обстановку, обещая детям охотящихся за ними злобных, ужасных, небритых дядек с топором, ножом или колотушкой в руках. В действительности этого нет. Наоборот, все киднеперы – это обычные люди, а не злодеи из сказок.

«Чаще всего родители сами формируют у ребенка стереотип подозрительного человека, и ребенок представляет, что преступник будет выглядеть как-то необычно, и что он его обязательно определит. Дети считают, что он будет одет во все черное, будет в маске, с пистолетом в руке, некоторые дети говорят, что он будет в полосатой одежде, как у заключенных, в грязных джинсах, в стоптанных башмаках, с каким-то мешком или рюкзаком за плечами, в перчатках, с бородой, усами, шляпой или кепкой, надвинутой на глаза – это те образы, которые ребенок берет из мультфильмов, игр. А о том, что преступник будет выглядеть как обычный человек, ребенок часто не осведомлен», – сказала Зарина Джумагулова.

Беседа с ребенком должна быть комплексная, а не обрывочная, подчеркивает она. Важно не только снять стереотип, но и сформировать круг доверия, чтобы ребенок не подумал, что люди вокруг что-то скрывают.

«Ребенок должен понимать, что мама, папа – это ласка, забота, внимание. Дедушка, бабушка, соседи – это тоже наши люди. Друзья по школе, их родители – это тоже компания, в которой можно чувствовать себя в безопасности. А вот чужие люди несут для него проблему», – подчеркивает Валерий Тараканов.

Сам момент похищения у многих тоже стереотипизирован. Дети насмотрелись фильмов, где злодей намочил из бутылочки марлю, приложил к лицу, и ребенок сразу уснул. В действительности же, чтобы хлороформ подействовал, даже ребенку нужно несколько минут. Как отмечает Валерий Тараканов, во время реального похищения основная масса преступников закрывает рот ребенку и прижимает руки плотно к телу. Кто-то идет на то, чтобы просто придушить жертву. Обычно ребенок теряется, его парализует страх. Задача родителей – научить ребенка правильно реагировать на эту ситуацию.

«Ребенку здесь, конечно, надо верещать. Обращать внимание на себя, на эту ситуацию. Родители должны объяснять, что если к нему кто-то пристал, он должен кричать определенный набор: «Помогите!», «Спасите!», «Это не мой папа!», «Это не моя мама!», делать акцент: «Я вас не знаю!», «Куда вы меня тащите?», чтобы люди понимали, что совершается именно преступление, потому что на улицах бывает стандартная сценка: женщина или мужчина колошматит ребенка, потом оказывается, что так родители проводят воспитательные мероприятия. Поэтому ребенок в случае, если его силой пытаются куда-то увезти, должен сразу расставить точки над i и звать на помощь как можно громче. Другая ситуация, если никого вокруг нет. Здесь может быть самая непредсказуемая реакция похитителя на поведение ребенка. Он может его оглушить, придушить, может пакетом замотать ему голову», – сказал Валерий Тараканов.

Очень важен момент, когда нужно начинать бить тревогу, если ребенок не пришел домой в назначенный час. Эксперты советуют сначала сделать все возможное, чтобы установить, где он, то есть позвонить друзьям, одноклассникам, знакомым, если был в спортзале – тренеру, на дополнительном – учителю и так далее.

«Родители начинают самое ужасное: «бомбят» 01, 02, 03, нагнетают себя. Не надо сначала звонить в морги – оттуда всегда сами позвонят, потому что ребенок не ушел либо без документов, либо без телефона, либо кто-то скажет, что знает его. Обзвоните сначала близких. Когда абсолютно все говорят: «Не видели, не знаем», это уже подозрительно. Тогда уже нужно обращаться к сотрудникам полиции», – рассказал Валерий Тараканов.

Если есть факты, что ребенку действительно может грозить опасность – полученные ранее угрозы, замеченные странные незнакомцы во дворе – полиция принимает заявление сразу же, не заставляя ждать ни трое суток, ни 24 часов. В этом случае родителям нужно привлечь как можно больше людей к поиску, осмотреть все места сбора молодежи в районе: парки, стройки, гаражи, чердаки и подвалы, расклеить ориентировки на автобусных остановках, в подъездах и магазинах.

Колоссальную помощь в раскрытии таких преступлений могут оказать случайные прохожие, считает эксперт. Универсальных рецептов в этом случае нет. Видя сцену, где взрослый пытается куда-то против воли увезти ребенка, кто-то решает вмешаться, кто-то звонит в полицию, а кто-то проходит мимо, не обращая на это внимания. Эксперты призывают казахстанцев не оставаться равнодушными и быть внимательными не только к инцидентам с возможным похищением, но и не проходить мимо тех детей, которые слоняются без присмотра взрослых.

«Не все такие дети легко идут на контакт. Они могут огрызаться, могут просто убегать. Мой совет – к потерявшемуся ребенку должна подойти своеобразная пара. Есть дети, которые боятся папу, потому что папа в стенах своей квартиры деспот: он грубиян, он дает подзатыльники. В итоге ребенок боится не только папу, но и в целом мужчин. Поэтому если подойду я, он может испугаться. Аналогичная ситуация и в отношении женщин. А когда подходят двое, разговорить ребенка гораздо проще. Можно обратиться так: «Гражданочка, простите, мне кажется, этот ребенок потерялся, давайте подойдем и выясним. Вы, наверняка, мама, вам проще поговорить». То есть лучше в паре подходить, все равно к кому-то ребенок потянется», – советует Валерий Тараканов.

Отправляясь с детьми в парки, на рынки и другие открытые публичные места, лучше заранее договориться о месте встречи на случай, если вдруг вы разминетесь. Для ориентира можно выбирать броские вывески, высокие здания, переговорные пункты. Ребенок должен четко знать: раз – встречаемся в условленном месте, два – объявляем по радио, три – подходим к охране и говорим, что я потерялся.

Что касается того, когда ребенок уходит в компании сверстников в школу, на прогулки по городу, на тренировку или в кино, Валерий Тараканов советует родителям записать сотовый друзей своего чада. Однако злоупотреблять таким контролем не стоит, отмечает эксперт.

«Излишняя, плотная, навязчивая опека детей тоже вырубает. Каждый ребенок считает, что он взрослый. Очень многое зависит от окружения. Когда родители звонят своему ребенку, а он в компании друзей, он вынужден отвечать: «Да, мам, я здесь», «Да, пап, скоро буду». Один звонок, второй – потом над ним начинают хихикать: «Что ты, слабак? Ты, что, послушный, дрессированный? Тебе скажут, ты побежишь домой». Реакция идет, над ним подтрунивают. Он может выключить телефон и все», – предупредил Валерий Тараканов.

Инновационный выход из ситуации предлагает Зарина Джумагулова. «Если ребенок пользуется гаджетами, можно установить программу, которая показывает местонахождение, или купить часы с gps-трекером. На мой взгляд, это самый комфортный способ узнать, где ребенок находится в данный момент», – рекомендует Зарина Джумагулова.

Трекеры сегодня могут быть разной формы, например, в виде часов, браслетов, игрушек, светоотражателей. Такой контроль имеет свои плюсы по сравнению с бесконечными звонками и напоминаниями, что пора домой. Однако самый лучший способ контролировать местонахождение ребенка – это установить с ним доверительные, теплые взаимоотношения, считает Валерий Тараканов.

«Ребенка нужно приучить рассказывать, что он собирается делать. Я говорю: «Так, Антон, я сегодня во столько-то там, мне надо заехать туда, купить то», то есть я расписываю ему свой день и мимоходом говорю: «Можем где-нибудь встретиться, поговорить, я тебя накормлю, ты что планируешь сегодня?» Он втянут в эту беседу и не подозревает о хитрости, что я хочу узнать, чем он будет заниматься. Он автоматом рассказывает график своего движения, исходя из этого я представляю с кем он будет и где его искать. А если напрямую спрашивать: «Где ты сегодня будешь? Чтобы вовремя домой пришел!», ребенок, скорее всего, соврет, причем глядя в глаза», – сказал Валерий Тараканов.

Воспитание детей – очень большой труд. Желая оградить ребенка от угроз большого мира, родителям стоит набраться терпения и не ждать, что сынишки и дочурки поймут все с первого раза. Необходимо постоянно напоминать об опасности общения с незнакомцами, о том, что под шкуркой ласковых и многообещающих людей могут скрываться жестокие преступники.

Валерий Тараканов – академик Евразийской академии телевидения и радио. Победитель III, V, VII, IX-XVII Московских, VI Ялтинского и Гран-при III и VIII Киевского международных фестивалей. Юрист первого класса, профессиональный сыщик. Основал на КТК программу «Черный квадрат». Зная психологию преступника, имея навыки общения, ему удается держать зрителя в некотором напряжении. В данный момент – шеф-редактор спецпроектов на телеканале КТК.

Зарина Джумагулова – тренер по детской безопасности. Проводит тренинги в Алматы, Астане, Шымкенте и Актау.

«Моего ребенка украли!» Как бывшие супруги воруют друг у друга детей

29 сентября 2018 0:55 134

Владлен Абдуллин, Роберт Голубков, Данила Селютин, Любовь Ермолова. Встретились благодаря материалу в «КП». И теперь уже вместе обратились за помощью в Следственный комитет России. Фото: Александр БОЙКОAlexBoykoKP

«Комсомолка» в публикации «Богатые мамы заказывают похищение своих детей» уже рассказывала о появлении в России организации, которая предоставляет женщинам услугу — силой отобрать своего ребенка у бывшего мужа. История увезенного в Израиль при помощи таких «волонтеров» из организации STOPкиднеппинг 4-летнего Родиона Голубкова вызвала целую бурю откликов, как со стороны защитников, так и противников «похитителей». Наша газета решила предоставить слово тем и другим.

МЕСТЬ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

Любовь Ермолова, мать двоих детей, Подмосковье, 35 лет:

— Я, мой муж Дмитрий Аносов и его прежняя жена Олеся работали вместе. Однажды она выгнала Диму на улицу, забрав троих совместных детей. А еще через год мы с Димой расписались. Олеся поздравила меня так: «Целью моей жизни станет месть». Мой муж часами стоял под окнами, пытаясь хоть как-то увидеть своих детей- в дом его не пускали. А однажды дверь оказалась открыта, внутри была только нянечка. Средний сын Никита обрадовался папе и уехал с ним. Тогда за Никитой члены STOPкиднеппинга развернули настоящую охоту. В итоге Олеся с «крепкими обученными парнями» выследили нас и украли Никиту на наших глазах. Ребенок так испугался, что обмочился. Я никогда не забуду этот момент: кто-то в черном подбегает к нам и к продуктовой тележке в магазине, в которой сидел ребенок, силой его выдергивает, Никита начинает кричать… и первая моя мысль: «Что я скажу маме Никиты?» То, что Олеся была там же, мы не сразу узнали.

Члены STOPкиднеппинга Андрей Сиднев и Олеся Аносова Фото: из архива Любови Ермоловой

Моего супруга неизвестные мужчины повалили на землю и разбили ему ногами голову. Он потерял сознание. А потом на его работу посыпались письма с шантажом: заплатите долги Дмитрия по алиментам или увольняйте его. Это такая тактика STOPкиднеппинга- массовая атака письменными жалобами на человека его работодателям. Теперь у Димы и у меня больше нет работы, он- банкрот, за нашей семьей продолжают следить члены этой «секты»: выслеживают, пугают уже моих детей, требуют деньги. Прошлой осенью сотрудники полиции по несуществующему решению суда посадили мужа в спецприемник, полгода назад судебные приставы инсценировали ДТП в отношении Дмитрия (а их представителем в суде оказался юрист STOPкиднеппинга Максимилиан Буров). Эти «волонтеры» открыто нам говорят, что не отстанут, пока Дима не перепишет на бывшую половину квартиры и не откажется от совместных с ней детей, которых не видел почти 3 года.

История семьи Ермоловых

КАК Я УМЫВАЛСЯ КРОВЬЮ

Данила Селютин с дочками Фото: из архива Данилы Селютина

Данила Селютин, юрист, житель Московской области, 32 года:

— В 2005 году я познакомился в интернете с секретаршей по имени Надежда. В 19 лет меня не смущало, что новая знакомая старше на 6 лет. Родились две дочки. Я был счастлив. Но в 2016 году жену словно подменили: она сошлась в Москве с женатым тренером по теннису. Я увозил ее с нашими дочками в Турцию , Таиланд , Испанию , чтобы сохранить семью. Но однажды на глазах у детей она ударила меня ножом в шею. Спасло меня то, что я подставил пальцы. Дети смотрели, как я умываюсь кровью. Вернувшись в Москву, Надя стала уходить из дома, бросала детей по ночам. Прошлой зимой она сама отдала моей матери дочек. И ушла. Но вскоре позвонили из психиатрической клиники и заявили, что супруга лежит под капельницей. А еще через какое-то время она сообщила, что сделала аборт и прислала мне чек на 28 тысяч рублей.

Юрист STOPкиднеппинга Максимилиан Буров Фото: из архива Любови Ермоловой

Я отказал — мы с ней уже давно не были близки. После этого в моей жизни объявились юристы STOPкиднеппинга Буров и Сиднев . Они заявили, что представляют интересы супруги. За мной следят: недавно уехал в Оптину Пустынь. И через два дня получил от Нади фотографии моей машины на парковке у монастыря. Сейчас через суд Надежда требует передать ей детей, переписать на каждую из дочерей по квартире и оплачивать ежегодные поездки за границу. Идут нападки в соцсетях — не только меня, но и моей матери и отца, а они простые пенсионеры.

История Данилы Селютина

МУЗЕЙ ТОЛЕРАНТНОСТИ

Владлен Абдуллин, безработный, Московская область, 37 лет:

— С 18- летней украинкой Мариной Воронцовой я познакомился 10 лет назад. Тогда я крепко стоял на ногах, работал специалистом по визуальным эффектам на « Мосфильме », мои работы многие знают по картине «Ночной Дозор». А в 2013 году создал свое видеоагентство — с Мариной снимали свадьбы по всему миру. Жена мечтала стать дизайнером, шила платья. В 2014 году у нас родился Глеб. А потом я поймал Марину на измене с каким-то диджеем. Стал дома оставлять включенным диктофон. Послушал и ужаснулся: Марина общается с мужчиной по телефону, на просьбы сына в это время не обращает внимания или материт. А когда мальчик начинал рыдать, Марина колола его иголкой. Лишение меня ребенка было четко срежиссировано. Сначала из дома у меня похитили компьютер с фотографиями клиентов, и я лишился заказов. Потом на «переговорах» с Мариной группа неизвестных меня избила. Сломали мне руку, чтобы я не мог снимать. Все делалось, чтобы я не мог платить алименты и можно было лишить меня родительских прав. Как похищали ребенка: члены STOP киднеппинга окружили дачу, обещали разбить окна, взять дом штурмом. Я испугался за сына. Пришлось открыть сотруднику полиции. Забирая Глеба, Марина пообещала, что даст мне встречаться с ним. Но обманула: я не видел сына с марта. А руководитель STOPкиднеппинга Екатерина Шумякина (бывший сотрудник столичной милиции, а ныне помощник депутата и глава детективного агентства- ред.) заявила, что я больше никогда не увижу сына. Да кто она такая, чтобы принимать такие решения?! Сейчас моя бывшая жена готовит фотовыставку на тему похищения детей. На снимках избитые мужьями матери, которых защитил STOPкиднеппинга. Это прямо насмешка какая-то! Это ведь я сына не видел полгода!

История Владлена Абдуллина

«В КОМАНДИРОВКУ НА ЛУНУ»

Артем Яцевич, строитель, Подмосковье, 34 года:

— После развода наш 7-летний сын Ярослав остался жить с мамой. Я приезжал в Санкт- Петербург по выходным. Но сына по разным причинам мне не давали. Однажды услышал от него страшные слова: «Папа, а мне сказали, что ты больше не приедешь…» На меня несколько раз нападали, сломали нос и проломили голову.

На эту рыбалку Артему Яцевичу пришлось забирать сына у матери с полицией. Фото: из семейного архива

После очередного нападения мы с сыном перебрались в Одинцовский район Подмосковья . Но в мае 2018 года адвокат Буров из «STOP киднеппинга» приехал с моей бывшей супругой к детсаду, куда ходил Ярослав. Буров соврал директору садика (см. видео на сайте «KП»), представившись отцом годовалой девочки и 7-летнего сына (уровень адвокатуры: младшему в сад еще рано, а старшему уже поздно. — Ред.). Но забрать незаметно Ярослава не смог: полицейские и приставы ему объяснили: ребенкок не хочет к маме, с ним должен работать психолог. Но Буров бросился к детскому домику, где прятался Ярослав. Сын пытался спрятаться, но Буров схватил его за ноги и силой вытащил из домика и потащил куда-то. Приставы и полиция еле остановили издевательство над моим сыном. Мать забрала его позже во время встречи с приставами, пыталась лишить меня родительских прав. Я не видел сына уже больше месяца. А Буров требует от меня алименты и видеообращение к сыну, в котором я должен сказать ребенку, что уехал в командировку на Луну, а ему надо жить с мамой. В моем поселке на 200 домов, кроме меня, проблемы со STOP киднеппингом есть еще у двух отцов.

История Артема Яцевича

ПОСТСКРИПТУМ

В прошлой статье про STOP киднеппинг мы рассказывали о борьбе архитектора Роберта Голубкова за своего сына Родиона, которого мать обманом увезла в Израиль. С момента той публикации суд Израиля вынес постановление вернуть сына отцу в семидневный срок, а ей самой покинуть страну. Доводы Натальи, что отец не давал ребенку нормально питаться, признаны недостоверными. В понедельник такое же решение устояло после апелляции в Мособлсуде, и вступило в силу. И вот вам новые истории, новые трагедии. По заявлениям самого STOPкиднеппинга, богатые отцы не отдают детей Надежде Поповой и Ларисе Копьевой. Но почему членов STOPкиднеппинг интересуют дети состоятельных родителей? Не потому ли, что с помощью конфликта в семье можно сломать не только психику, но и бизнес? А для чего истории этих семей раскручиваются на телевидении? Правозащитники, что открыто поддерживают STOPкиднеппинг, заявляют, что весь этот шум создается для того, чтобы ужесточить законодательство: лишать за малейшее нарушение решения суда разведенных родителей свободы, а их детей отправлять в приют. Так, как это делают в ряде стран Европы, где подобные «волонтеры» нашли свою нишу в местной ювенальной юстиции. Действительно, а зачем все эти следователи, полицейские, приставы, психологи, если есть вот такие «волонтеры» с личным опытом разбитых семей?

Суд: Родион Голубков будет жить с отцом Александр БОЙКО

КОММЕНТАРИЙ СЛЕДОВАТЕЛЯ

Старший помощник председателя СК РФ Игорь Комиссаров:

— В связи с деятельностью организации STOPкиднеппинг в Московской области расследуются два уголовных дела. Первое: о самовольном вывозе матерью своего ребенка в Израиль . И второе: с насильственным вывозом двух малолетних детей с дачи в Истринском районе. К сожалению, по моему многолетнему опыту зачастую выясняется, что дети для бывших супругов оказываются всего лишь пушечным мясом для сведения личных счетов.

Игорь Комиссаров, cтарший помощник председателя СК РФ ФОТО: Валерий Шарифулин/ТАСС

СОВЕТЫ ПСИХОЛОГА

Директор Академии прикладной психологии и психотерапии Александр Сухотин:

— Александр Александрович, вот в таких запущенных семейных конфликтах с детьми должны привлекаться психологи?

— Пристав решает: позвать на исполнительные действия по передаче и отобранию ребенка от одного родителя к другому или нет. В Москве и Московской области в таких случаях психолог привлекается всегда. В регионах редко.

— Роль психолога в семейном конфликте?

– Оказать содействие приставу в правильном исполнении судебного решения, при этом минимизировать риски причинения психической травмы ребенку. Ребенок ввиду своей незрелости вынужден занимать позицию родителя, с которым живет.

— Как чаще всего все выглядит?

— Должник заявляет, что ребенок не хочет общаться с взыскателем, ребенок начинает кричать «не хочу», «уходи», «ты плохой (плохая)». В инструкции пристава четко написано, что исполнительные действия не могут идти вопреки интересам ребенка. И если привлеченный специалист-психолог установит, что отказ ребенка от общения с взыскателем является самостоятельным мнением ребенка, то пристав может обратиться в суд с заявлением о прекращении исполнительного производства в связи с утратой возможности его исполнения.

— Такие ситуации возможны на практике?

— На практике чаще всего отказ ребенка не является его самостоятельным мнением.

— Как чаще всего ведут себя детки?

— При остром конфликте дошколята вдруг начинают говорить взрослыми словами о тех вещах, о которых в их возрасте даже не принято задумываться. «Знали бы, что так будет, отказались бы записывать папу в свидетельство о рождении». «Мы из-за нее не доедаем. Потому что папа алименты платит ей за меня и сестру». На вопрос, – а как он об этом узнал или почему так решил, ответ простой: мама сказала (или папа, или бабушка).

Директор Академии прикладной психологии и психотерапии Александр Сухотин Фото: из личного архива

— Что же делать в таком случае?

— Вытекает очевидная для экспертов и практиков необходимость создания института системного психологического сопровождения разводящихся семей. Которые бы присутствовали при всех подобных конфликтах и их урегулировали.

— Что мешает психологам выполнять свою работу более качественно?

— Как ни странно, сегодня психолог, который должен дать оценку состояния ребенка, не имеет права знакомиться с материалами экспертиз, материалами исполнительного производства. Чаще всего привлекается приставом непосредственно в день совершения исполнительных действий и работает в детских садах, школах, на лестничных клетках. В таких условиях в короткие сроки оценить психологическое состояние ребенка и дать рекомендации не просто.

— Что надо менять в работе приставов?

— Академия прикладной психологии недавно провела всероссийскую конференцию с участием судей, приставов, адвокатов, психологов и юристов. Мы пришли к выводу о том, что для приставов нужно разработать методические рекомендации, которые они будет применять при исполнении решений суда.

— Есть организация STOP киднеппинг, которая, возможно, уже использует какие-то методички…

— С проектом STOP киднеппинг мы столкнулись в апреле на заседании Общественной палаты России . Недоумение вызвали высказывания некоторых экспертов о том, как надо исполнять судебные решения. Им бешено аплодировали взыскатели-матери, которых пригласили на «круглый стол», чтобы показать значимость проблемы. Через ту же инициативную группу STOP киднеппинга и в их присутствии член Общественной палаты РФ Юлия Зимова озвучила 17 августа 2018 года, что ими проводится разработка поправок с предложениями по введению уголовно-правовой ответственности для должника, который не исполняет судебного решения.

— Идея убрать спецсубъект из ст . 315 УК РФ (Неисполнение приговора суда») и ввести наказание в виде лишения свободы от четырех лет, после чего всех начинать сажать за неисполнение судебного решения, достаточно креативна и вместе с тем абсурдна, так как можно сразу прекратить существование исполнительной власти – ФССП России. Зачем тогда нужны приставы? По их логике, получится так: вынесли решение судьи, вступило в законную силу, в срок не исполнил должник – и сразу следователь возбуждает дело по УК РФ, после чего заключает виновного в тюрьму.

— Кто же будет детям алименты платить? Действительно, что может быть креативнее, чем посадить за решетку одного из родителей!

— Я задавал вопрос на той встрече: а нет ли желания подумать о детях, о том, как им было бы лучше и что для этого надо сделать? Но, к сожалению, в центре внимания проекта STOP киднеппинг и Общественной палаты только защита прав матери (по мнению эксперта Общественной палаты, именно их права чаще нарушаются), причем, как правило, в ущерб правам отцов.

— К чему ведет вмешательство STOP киднеппинга в отношения бывших супругов?

— На практике после передачи ребенка матери при содействии проекта STOP киднеппинга, отец практически теряет связь с ним. Довольно странная ситуация, когда второй родитель может увидеть после исполнения судебного решения в агрессивной форме, с причинением психической травмы ребенку, своего малыша только на фотографии в социальной сети проекта STOPкиднеппинг с комментариями о том, как тому хорошо с матерью. А фото детей с ФИО, сканы документов детей — все становится достоянием общественности. Каково этим детям будет в школе, где у каждого ребенка смартфон? Захотят ли они жить в такой известности, ведь в итоге многое в жизни взрослого человека зависит от особенностей протекания его детства.

— Какие меры нужно принять?

— Важно любыми путями обеспечить сохранение у ребенка привязанности к обоим родителям. Судебные приставы должны привлекать психологов еще на подготовительном этапе к совершению исполнительных действий задолго до исполнительного производства. Органы опеки могут чаще советоваться с психологами: возможно, нужно чаще откладывать исполнительные производства. И в случае долгого периода разлуки родителя с ребенком работать над восстановлением детско-родительских отношений. И, конечно, на стадии судебного процесса важно назначать разводящимся семьям комплексные судебные психолого-психиатрические экспертизы, чтобы еще в судебном процессе установить все важные психологические категории. Чтобы решение было вынесено с их учетом, и в интересах ребенка.

— Что не допустимо при передаче детей?

— Например, в нашей практике есть случай, когда мать наняла нескольких мужчин с целью отобрать сына. Они же избили отца на глазах у ребенка. При этом аргументация проста: «Она мать, у нее судебное решение есть». В другом случае мать, после того как не видела два года своего ребенка, привела Бурова в детский садик. Несмотря на то, что судебный пристав и наш психолог предупредили, чтобы они не трогали гуляющего мальчика, они бросились на него, схватили его за руки и ноги. Мальчик был шокирован поступком незнакомых ему людей. Считаю, что подобные действия совершенно недопустимы. У нас есть судебные приставы. И никакие общественные проекты или волонтерские объединения, никакие добровольцы не вправе брать на себя функцию исполнительной власти с игнорированием реальной угрозы причинения вреда психическому здоровью детей.

— На что следует обратить внимание законодателям?

— Беспокоит укрывание ребенка от контактов с другим родителем: смена места жительства, перевод на домашнее обучение, сутяжнические жалобы в суд, органы исполнительной власти и в СМИ с попыткой очернить образ второго родителя. Подобное поведение еще больше усугубляет риск нарушений психического развития ребенка.

— Дайте совет родителям.

— Надо уметь отпускать. Нельзя делать ребенка объектом манипуляций, вовлекать его в конфликт, настраивать против бывшего супруга, иначе семейный спор и препятствия исполнению судебного решения становятся своеобразной формой продолжения отношений между уже бывшими супругами. Необходимо переступить через свой эгоизм и наконец стать родителями для своих детей и сородителями в общении друг с другом.

ДРУГОЕ МНЕНИЕ

Брачные игры: почему мужья и жены обвиняют друг друга в похищениях собственных детей

— Мы живем, как в дешевом российском сериале про ментов и бандитов, — передо мной в редакции « КП » сидят 6 мам. Все, как на подбор, будто из модельных агентств. Только глаза на мокром месте. Все они испытали в своей жизни такое, что ни одной из нас не приведи господь – расставание с ребенком. Детей у этих женщин похитили собственные мужья. (подробности)