Судебный эксперт статья

Рубрики Вопрос юристу

Особенности осуществления судебно-экспертной деятельности

Правовые, организационные и финансовые основы судебно-экспертной деятельности определяет Закон № 4038, согласно которому судебно-экспертная деятельность осуществляется на принципах законности, независимости, объективности и полноты исследования.
Судебно-экспертную деятельность осуществляют государственные специализированные учреждения, а также в случаях и на условиях, определенных этим Законом, судебные эксперты, не являющиеся работниками указанных учреждений (ст. 7 Закона № 4038).
Аттестованные судебные эксперты включаются в государственный Реестр аттестованных судебных экспертов, ведение которого возлагается на Минюст Украины (ст. 9 этого Закона).
Согласно Инструкции № 3505 права, обязанности и ответственность судебных экспертов, организация проведения экспертиз и оформление их результатов определяются Законом № 4038, Уголовным процессуальным кодексом, Гражданским процессуальным кодексом, Хозяйственным процессуальным кодексом, Кодексом административного судопроизводства, КоАП, Инструкцией № 53/5, а также другими нормативно-правовыми актами по вопросам судебной экспертизы и этой Инструкцией.
Является ли деятельность судебного эксперта независимой профессиональной деятельностью в понимании пп. 14.1.226 п. 14.1 ст. 14 Налогового кодекса, выясним в этой статье. Если да, определим, как облагается налогом доход от такой деятельности.

Условия осуществления судебно-экспертной деятельности

Обязательным условием осуществления судебно-экспертной деятельности судебными экспертами, не работающими в государственных специализированных учреждениях, является наличие свидетельства о присвоении квалификации судебного эксперта, выданного Минюстом Украины на основании решения Центральной экспертно-квалификационной комиссии при Минюсте Украины, которым предоставляется право на проведение конкретных видов экспертиз (п. 3.1 Инструкции № 3505).

Пунктом 1.4 этой Инструкции определено, что судебный эксперт осуществляет свою деятельность по определенному виду экспертной специальности на основании свидетельства о присвоении квалификации судебного эксперта.

Согласно п. 5 ст. 13 Закона № 4038 и п. 2.1 Инструкции № 3505 судебный эксперт имеет право получать вознаграждение за проведение судебной экспертизы, если ее выполнение не является служебной задачей.

В письменных заключениях эксперта обязательно указываются номер, дата выдачи и срок действия свидетельства о присвоении квалификации судебного эксперта (п. 3.4 Инструкции № 3505). Итоговый документ эксперта и приложения к нему должны быть подписаны и утверждены печатью исполнителя (п. 3.9 этой Инструкции).

Правовой порядок регулирования налогообложения доходов физических лиц, осуществляющих независимую профессиональную деятельность в Украине, устанавливается Налоговым кодексом.

В соответствии с пп. 14.1.226 п. 14.1 ст. 14 Налогового кодекса самозанятое лицо — это плательщик налога, являющийся физическим лицом — предпринимателем или осуществляющий независимую профессиональную деятельность при условии, что такое лицо не является работником в пределах такой предпринимательской или независимой профессиональной деятельности.

Независимая профессиональная деятельность — это участие физического лица в научной, литературной, артистической, художественной, образовательной или преподавательской деятельности, деятельность врачей, частных нотариусов, адвокатов, арбитражных управляющих (распорядителей имущества, управляющих санацией, ликвидаторов), аудиторов, бухгалтеров, оценщиков, инженеров или архитекторов, лица, занятого религиозной (миссионерской) деятельностью, другой подобной деятельностью при условии, что такое лицо не является работником или физическим лицом — предпринимателем и использует наемный труд не более четырех физических лиц.

Абзацем вторым п. 65.1 ст. 65 Кодекса установлено, что частные нотариусы и другие физические лица, условиями ведения независимой профессиональной деятельности которых согласно закону являются государственная регистрация такой деятельности в соответствующем уполномоченном органе и получение свидетельства о регистрации или другого документа (разрешения, сертификата и т. п.), подтверждающего право физического лица на ведение независимой профессиональной деятельности, в течение 10 календарных дней после такой регистрации обязаны стать на учет в контролирующем органе по месту своего постоянного проживания.

Таким образом, судебно-экспертная деятельность является независимой профессиональной деятельностью судебных экспертов, не являющихся работниками государственных специализированных экспертных учреждений и осуществляющих свою деятельность по определенному виду экспертной специальности на основании свидетельства о присвоении квалификации судебного эксперта.

Постановка на учет

Для постановки на учет физического лица, намеревающегося осуществлять независимую профессиональную деятельность, такое лицо должно подать заявление и документы лично (отправить заказным письмом с описью вложения) или через уполномоченное лицо в контролирующий орган по месту постоянного проживания (п. 65.3 ст. 65 Налогового кодекса).

Справка о постановке на учет налогоплательщика отправляется (выдается) лицу, осуществляющему независимую профессиональную деятельность, на следующий рабочий день со дня постановки на учет (п. 65.5 вышеуказанной статьи).

Физическому лицу, осуществляющему независимую профессиональную деятельность, справка о постановке на учет налогоплательщика выдается контролирующим органом с указанием срока, если такой срок указан в свидетельстве о регистрации или другом документе (разрешении, сертификате и т. п.), подтверждающем право физического лица на осуществление независимой профессиональной деятельности (п. 65.7 вышеуказанной статьи).

Налогообложение доходов судебного эксперта

Налог на доходы физических лиц. Пунктом 178.2 ст. 178 Налогового кодекса предусмотрено, что доходы граждан, полученные в течение календарного года от осуществления независимой профессиональной деятельности, облагаются налогом по ставкам, определенным в п. 167.1 ст. 167 этого Кодекса, то есть по ставке 15% базы налогообложения, а в случае превышения десятикратного размера минимальной заработной платы, установленной законом на 1 января отчетного налогового года, по ставке 20% суммы превышения.

При этом физические лица, осуществляющие независимую профессиональную деятельность, применяют ставку 20% к части среднемесячного годового налогооблагаемого дохода, который превышает десятикратный размер минимальной заработной платы. Размер среднемесячного годового налогооблагаемого дохода рассчитывается как сумма общих месячных налогооблагаемых доходов, разделенная на количество календарных месяцев, в течение которых плательщиком налога были получены такие доходы в налоговом (отчетном) году, за который осуществляется декларирование.

Согласно п. 178.3 ст. 178 Налогового кодекса налогооблагаемым доходом считается совокупный чистый доход, то есть разность между доходом и документально подтвержденными расходами, необходимыми для осуществления определенного вида независимой профессиональной деятельности. В случае неполучения справки о постановке на учет лицом, осуществляющим независимую профессиональную деятельность, объектом налогообложения являются доходы, полученные от такой деятельности без учета расходов.

Согласно п. 178.6 указанной статьи физические лица, осуществляющие независимую профессиональную деятельность, ведут Книгу учета доходов и расходов, форма которой утверждена приказом № 481. Данные этой книги используются для заполнения налоговой декларации за отчетный налоговый период (год).

Окончательный расчет налога на доходы физических лиц за отчетный налоговый год осуществляется плательщиком самостоятельно согласно данным, указанным в налоговой декларации.

По результатам отчетного года физические лица, осуществляющие независимую профессиональную деятельность, до 1 мая года, следующего за отчетным, представляют налоговую декларацию об имущественном положении и доходах по форме, утвержденной приказом № 793, и в соответствии с п. 179.7 ст. 179 Налогового кодекса самостоятельно до 1 августа года, следующего за отчетным, уплачивают сумму налогового обязательства, указанную в представленной налоговой декларации.

Военный сбор. Физические лица, осуществляющие независимую профессиональную деятельность, по результатам отчетного налогового года самостоятельно рассчитывают сумму военного сбора в размере 1,5% совокупного чистого дохода, отражают в годовой налоговой декларации и уплачивают в сроки, предусмотренные для уплаты налога на доходы физических лиц за соответствующий период.

Первым отчетным налоговым периодом для начисления военного сбора с доходов физических лиц, осуществляющих независимую профессиональную деятельность, является 2015 г., срок уплаты — до 01.08.2016 г.

Пунктом 178.5 ст. 178 Налогового кодекса установлено, что во время выплаты субъектами хозяйствования — налоговыми агентами физическим лицам, осуществляющим независимую профессиональную деятельность, доходов, непосредственно связанных с такой деятельностью, налог на доходы у источника выплаты не удерживается в случае предоставления таким физическим лицом копии справки о постановке его на налоговый учет в качестве физического лица, осуществляющего независимую профессиональную деятельность.

Следовательно, субъекты хозяйствования и/или самозанятые лица, которые выплачивают доходы физическим лицам, осуществляющим независимую профессиональную деятельность, за проведение ими своей деятельности, не являются налоговыми агентами относительно таких доходов.

Единый взнос. Правовые и организационные основы обеспечения сбора и учета единого взноса, условия и порядок его начисления и уплаты регулируются Законом о ЕСВ.

В соответствии с п. 5 части первой ст. 4 этого Закона плательщиками единого взноса являются лица, осуществляющие независимую профессиональную деятельность, а именно: научную, литературную, артистическую, художественную, образовательную или преподавательскую, а также медицинскую, юридическую практику, в том числе адвокатскую, нотариальную деятельность, или лица, осуществляющие религиозную (миссионерскую) деятельность, другую подобную деятельность (далее — лица, осуществляющие независимую профессиональную деятельность) и получающие доход от этой деятельности.

Для лиц, осуществляющих независимую профессиональную деятельность, базой начисления единого взноса является сумма дохода (прибыли), полученного от их деятельности, подлежащего обложению налогом на доходы физических лиц. Если такими лицами в отчетном году или отдельном месяце отчетного года не был получен доход (прибыль), им предоставляется право при необходимости самостоятельно определить базу начисления. Следовательно, такие плательщики по желанию с целью сохранения страхового стажа в году или отдельном месяце года, где не был ими получен доход (прибыль), могут самостоятельно определить базу начисления единого взноса. В таком случае сумма единого взноса не может быть меньше размера минимального страхового взноса и больше максимальной величины базы начисления единого взноса. Эта норма будет применяться к доходу (прибыли), полученному за 2015 г.

Частью одиннадцатой ст. 8 Закона о ЕСВ предусмотрено, что единый взнос для плательщиков, указанных в п. 5 части первой ст. 4 этого Закона, устанавливается в размере 34,7% определенной п. 2 части первой ст. 7 этого Закона базы начисления единого взноса. При желании таких плательщиков принимать участие в страховании на добровольных началах размер единого взноса установлен абзацами вторым — пятым части одиннадцатой ст. 8 Закона о ЕСВ (в «Вестнике» № 26/2015 на с. 24 напечатана статья о том, как стать участником добровольного участия в системе общеобязательного государственного социального страхования).

В соответствии с Порядком № 435 лица, осуществляющие независимую профессиональную деятельность, формируют и представляют сами за себя в фискальные органы Отчет один раз в год до 1 мая года, следующего за отчетным периодом. Отчетным периодом для них является календарный год. Отчет представляется по форме согласно приложению 5 к этому Порядку.

Судебный эксперт статья

ВЕРХОВНАЯ РАДА УКРАИНЫ

О судебной экспертизе

Настоящий Закон определяет правовые, организационные и финансовые основы судебно-экспертной деятельности в целях обеспечения правосудия Украины независимой, квалифицированной и объективной экспертизой, ориентированной на максимальное использование достижений науки и техники.

Раздел I. Общие положения

Статья 1. Понятие судебной экспертизы

Судебная экспертиза — это исследование экспертом на основе специальных знаний материальных объектов, явлений и процессов, содержащих информацию об обстоятельствах дела, находящегося в производстве органов дознания, предварительного следствия или суда.

Статья 2. Законодательство Украины о судебной экспертизе

Законодательство Украины о судебной экспертизе состоит из настоящего Закона, процессуального законодательства, иных законодательных актов, международных договоров и соглашений о взаимной правовой помощи и сотрудничестве, регулирующих правоотношения в сфере судебно-экспертной деятельности.

Статья 3. Принципы судебно-экспертной деятельности

Судебно-экспертная деятельность осуществляется на принципах законности, независимости, объективности и полноты исследования.

Статья 4. Гарантии независимости судебного эксперта и правильности его заключения

Независимость судебного эксперта и правильность его заключения обеспечиваются:

процессуальным порядком назначения судебного эксперта; запрещением под угрозой предусмотренной законом ответственности

вмешиваться кому бы то ни было в производство судебной экспертизы;

существованием учреждений судебных экспертиз, независимых от органов дознания и предварительного следствия;

созданием необходимых условий для деятельности судебного эксперта, его материальным и социальным обеспечением;

уголовной ответственностью судебного эксперта за дачу заведомо ложного заключения и отказ без уважительных причин от исполнения возложенных на него обязанностей;

возможностью назначения повторной судебной экспертизы; присутствием участников процесса в предусмотренных законом случаях при производстве судебной экспертизы.

Статья 5. Максимальное сохранение объектов исследования

При производстве судебных экспертиз объекты исследования могут быть повреждены или истрачены лишь в той мере, в которой это необходимо для исследования.

Статья 6. Обеспечение условий труда судебного эксперта по
местонахождению объектов исследования

Если судебную экспертизу необходимо произвести на месте происшествия или по местонахождению объекта исследования, лицо или орган, ее назначившие, должны обеспечить судебному эксперту беспрепятственный доступ к объекту исследования и надлежащие условия труда.

Статья 7. Организация судебно-экспертной деятельности

Судебно-экспертную деятельность осуществляют государственные специализированные учреждения и ведомственные службы.

К ним относятся:

научно-исследовательские и другие учреждения судебных экспертиз Министерства юстиции Украины и Министерства здравоохранения Украины;

экспертные службы Министерства внутренних дел Украины, Министерства обороны Украины, Службы безопасности Украины.

Судебно-экспертная деятельность может осуществляться на предпринимательских началах на основании специального разрешения (лицензии), а также гражданами по разовым договорам.

Лицензия выдается в порядке, установленном Кабинетом Министров Украины.

Статья 8. Научно-методическое обеспечение судебно-экспертной
деятельности

Организация научно-методического обеспечения судебно-экспертной деятельности возлагается на министерства и ведомства, в систему которых входят специализированные учреждения и ведомственные службы, производящие судебные экспертизы.

Для рассмотрения наиболее важных вопросов развития судебной экспертизы, имеющих межведомственный характер, при Министерстве юстиции Украины создается Координационный совет по проблемам судебной экспертизы, который действует в соответствии с Положением о нем, утверждаемым Кабинетом Министров Украины.

Министерство юстиции Украины обеспечивает издание межведомственного научно-методического сборника «Криминалистика и судебная экспертиза».

Статья 9. Реестр судебных экспертов

Министерство юстиции Украины ведет Реестр аттестованных судебных экспертов государственных и предпринимательских структур и граждан.

Аттестация судебных экспертов из числа работников предпринимательских структур и граждан проводится Министерством юстиции Украины или Министерством здравоохранения Украины в соответствии с их функциями.

Органы дознания, предварительного следствия и суды обязаны поручать производство судебных экспертиз преимущественно специалистам, внесенным в этот Реестр.

Раздел II. Судебный эксперт

Статья 10. Лица, которые могут быть судебными экспертами

Судебными экспертами могут быть лица, обладающие необходимыми знаниями для дачи заключения по исследуемым вопросам.

Специалисты государственных специализированных учреждений и ведомственных служб, производящие судебные экспертизы, должны иметь высшее образование, пройти соответствующую подготовку и аттестацию в качестве судебных экспертов определенной специальности.

Статья 11. Лица, которые не могут быть судебными экспертами

Не могут привлекаться к исполнению обязанностей судебного эксперта лица, признанные в установленном законом порядке недееспособными, а также лица, имеющие судимость.

Иные обстоятельства, запрещающие участие лица в качестве эксперта в судопроизводстве, предусматриваются процессуальным законодательством.

Статья 12. Обязанности судебного эксперта

Независимо от вида судопроизводства судебный эксперт обязан:

1) провести полное исследование и дать обоснованное и объективное письменное заключение;

2) по требованию органа дознания, следователя, прокурора, судьи, суда дать разъяснение по данному им заключению;

3) заявлять самоотвод при наличии предусмотренных законодательством оснований, исключающих его участие в деле.

Другие обязанности судебного эксперта предусматриваются процессуальным законодательством.

Статья 13. Права судебного эксперта

Независимо от вида судопроизводства судебный эксперт имеет право:

1) знакомиться с материалами дела, касающимися предмета судебной экспертизы, и представлять ходатайство о предоставлении дополнительных материалов;

2) указывать в акте судебной экспертизы на выявленные в ходе ее производства факты, имеющие значение для дела и по поводу которых ему не были поставлены вопросы;

3) с разрешения лица или органа, назначивших судебную экспертизу, присутствовать при проведении следственных или судебных действий и заявлять ходатайства, касающиеся предмета судебной экспертизы;

4) подавать жалобы на действия лица, в производстве которого находится дело, если эти действия нарушают права судебного эксперта;

5) получать вознаграждение за производство судебной экспертизы, если ее выполнение не является служебным заданием.

Иные права судебного эксперта предусматриваются процессуальным законодательством.

Статья 14. Ответственность судебного эксперта

Судебный эксперт по основаниям и в порядке, предусмотренными законодательством, может быть привлечен к дисциплинарной, материальной, административной или уголовной ответственности.

Раздел III. Финансовое и организационное обеспечение
деятельности государственных специализированных
учреждений и ведомственных служб

Статья 15. Финансирование

Производство научно-исследовательскими учреждениями судебных экспертиз научных разработок по вопросам организации и производства судебных экспертиз финансируется за счет государственного бюджета.

Производство судебных экспертиз другими специализированными учреждениями и ведомственными службами финансируется за счет средств, выделяемых им для этой цели из государственного и местных бюджетов, а научноисследовательскими учреждениями — за счет заказчика.

Другие работы указанные учреждения и службы проводят на хозрасчетных началах.

Статья 16. Аттестация судебного эксперта

Целью аттестации судебного эксперта является обеспечение надлежащего профессионального уровня руководящих работников и специалистов, привлекаемых к производству судебных экспертиз или участвующих в разработках теоретической и методической базы судебной экспертизы.

В зависимости от специализации и уровня подготовки им присваиваются квалификация судебного эксперта с разрешением производства определенного вида экспертиз и квалификационный класс.

Порядок проведения аттестации и присвоения квалификационных классов определяется министерствами и ведомствами, в систему которых входят специализированные учреждения и ведомственные службы, производящие судебные экспертизы.

Статья 17. Экспертно-квалификационные комиссии

Для присвоения квалификации судебного эксперта и квалификационных классов создаются экспертно-квалификационные комиссии.

В состав экспертно-квалификационных комиссий входят наиболее опытные специалисты, имеющие квалификацию судебного эксперта и стаж практической работы по специальности не менее пяти лет. Среди них должно быть не менее двух специалистов той специальности и того класса, по которым комиссия проводит аттестацию, присваивает квалификацию или квалификационный класс, а также специалист по процессуальным вопросам судебной экспертизы.

Статья 18. Оплата труда и социальная защита судебных
экспертов

Вопросы оплаты труда и условия социальной защиты судебных экспертов определяются Кодексом законов о труде Украины и иными актами законодательства Украины.

На работников государственных специализированных учреждений судебных экспертиз и ведомственных экспертных служб распространяются особенности материального и социально-бытового обеспечения, предусмотренные Законом Украины «О государственной службе», если иное не предусмотрено законами Украины.

Статья 19. Охрана специализированных учреждений и ведомственных служб,
производящих судебные экспертизы

Охрана помещений и территорий учреждений судебных экспертиз Министерства юстиции Украины и Министерства здравоохранения Украины, а также режим содержания лиц, находящихся под стражей и направленных на судебно-психиатрическую экспертизу, обеспечиваются Министерством внутренних дел Украины за счет средств, выделяемых ему для этой цели из государственного бюджета.

Охрана экспертных служб Министерства внутренних дел Украины, Министерства обороны Украины, Службы безопасности Украины обеспечивается этими органами.

Статья 20. Информационное обеспечение

Учреждения, организации и предприятия независимо от форм собственности обязаны предоставлять специализированным учреждениям и ведомственным службам, производящим судебные экспертизы, по их запросу натурные образцы или каталоги своей продукции, техническую документацию и иную информацию, необходимую для создания и обновления методической и нормативной базы судебной экспертизы.

Специализированные учреждения и ведомственные службы, производящие судебные экспертизы, имеют право получать от судов, органов дознания и предварительного следствия орудия преступления и другие вещественные доказательства, в отношении которых закончено производство по делам, для использования в экспертной и научной деятельности.

Статья 21. Кадровое обеспечение

Специалистов для специализированных учреждений и ведомственных служб, производящих судебные экспертизы, готовят высшие учебные заведения, после чего они специализируются и повышают квалификацию на курсах и в институтах совершенствования соответствующих министерств и ведомств.

Изучение потребностей в подготовке, специализации и повышении квалификации кадров экспертов, а также разработка предложений по удовлетворению этих потребностей осуществляются министерствами и ведомствами, в систему которых входят учреждения и службы, производящие судебные экспертизы.

Раздел IV. Международное сотрудничество в области судебной
экспертизы

Статья 22. Производство судебной экспертизы по поручению
соответствующего органа или лица другого государства

При производстве судебной экспертизы по поручению соответствующего органа или лица другого государства, с которым Украина имеет соглашение о взаимной правовой помощи и сотрудничестве, применяется законодательство Украины, если иное не предусмотрено указанным соглашением.

Оплата стоимости судебной экспертизы осуществляется по договоренности между заказчиком и исполнителем судебной экспертизы.

Статья 23. Привлечение специалистов из других государств для
совместного производства судебных экспертиз

Руководители специализированных учреждений и ведомственных служб, производящих судебные экспертизы, в необходимых случаях имеют право с согласия органа или лица, назначивших судебную экспертизу, включать в состав экспертных комиссий ведущих специалистов других государств. Такие совместные экспертные комиссии осуществляют судебные экспертизы по нормам процессуального законодательства Украины.

Плата иностранным специалистам за участие в судебной экспертизе и возмещение иных расходов, связанных с ее производством, осуществляется по договоренности сторон.

Статья 24. Международное научное сотрудничество

Специализированные учреждения и ведомственные службы, выполняющие судебные экспертизы, пользуются правом устанавливать международные научные связи с учреждениями судебных экспертиз, криминалистики и т. п. других государств, проводить совместные научные конференции, симпозиумы, семинары, обмениваться стажерами, научной информацией, печатными изданиями и осуществлять совместные издания в области судебной экспертизы и криминалистики.

Президент Украины Л.КРАВЧУК

г. Киев, 25 февраля 1994 года
N 4038-XII

Contra factum non est argumentum. (Против факта нет доказательств)

Все новое, тем более новая область науки, начинается с рождения Идеи. Далее следует этап построения концепций ее развития и внедрения в практику. Последняя, как известно, является основным критерием истинности любой идеи. Далее создается методология…

…Семь лет назад на Украине родился совершенно новый вид судебных экспертиз — экспертиза объектов интеллектуальной собственности. Он уверенно встал на ноги и уже сделал свои первые шаги. Однако, как следует из публикации в «ЮП» № 51 (365) от 21 декабря 2004 года статьи Петра Крайнева «Судебная экспертиза интеллектуальных прав», «ходит» этот ребенок «не так» и явно «не туда», куда надо.

Если бы данная статья помимо негативной критики (не столько института судебных экспертиз как такового, сколько действующих судебных экспертов) содержала хоть каплю «креатива» — мы бы восприняли ее с благодарностью как очередной импульс для движения вперед. Но увы: опубликованный материал более похож на выдержки из книги жалоб без предложений, чем на аналитическую статью, посвященную задачам и проблемам института судебных экспертиз.

Поэтому, не принимая высказанные в наш адрес обвинения, мы хотим прояснить ситуацию — с тем, чтобы у юридической общественности Украины сложилось объективное представление относительно затронутых в статье г­‑на Крайнева вопросов. Для этого.

. вспомним, как все начиналось

Первые судебно-экспертные исследования объектов интеллектуальной собственности (ОИС) начали проводиться в Киевском НИИ судебных экспертиз Министерства юстиции Украины ­(КНИИСЭ) еще в 1998 году, а не в 2002-м, как утверждает г-н Крайнев. С 2002 года такие исследования стали проводиться Харьковским и другими ­НИИСЭ Минюста, а в ноябре 2004 года в Киевском институте была создана первая на Украине лаборатория судебных экспертиз объектов интеллектуальной собственности (СЭОИС).

За эти годы правоохранительные органы и суды ни разу не усомнились в квалификации экспертов упомянутых учреждений. Поэтому мы можем смело утверждать, что у г-на Крайнева нет никаких оснований обвинять нас в том, что мы имеем низкую квалификацию, а его утверждение о том, что квалификация экспертов «зачастую не в полной мере отвечает задачам, которые ставятся перед ними правоохранительными органами во время расследования преступлений и судами в процессе рассмотрения дел, связанных с защитой прав на объекты интеллектуальной собственности» просто абсурдно: она должна отвечать экспертно-квалификационным требованиям, а не задачам.

Не отметай опыт — дворником станешь!
А. Кощеев

Формирование экспертиз новых видов — нечастое явление, поэтому на первых порах основной корпус экспертов составляют привлеченные специалисты, что позволяет не только обеспечить потребности правоохранительных органов и судов в производстве экспертиз новых видов, но также — совместными усилиями специалистов и штатных сотрудников — создавать основы их методологии и методического обеспечения, правильно определять подходы к организации обучения судебных экспертов. Таким образом, привлечение внештатных специалистов является не просто положительным, а необходимым явлением.

Число СЭОИС, выполняемых штатными сотрудниками, постоянно растет, поэтому утверждение о том, что «львиную долю исследований этого вида проводят вне­штатные эксперты институтов», можно было признать правильным по состоянию на 1998‑1999 годы, но не сейчас, то есть г-н Крайнев не владеет соответствующей информацией или попросту не хочет представить объективную картину формирования корпуса экспертов, проводящих эти экспертизы.

Также г-н Крайнев выражает уверенность в нецелесообразности привлечения для проведения судебных экспертиз специалистов Государственного департамента интеллектуальной собственности Министерства образования и науки Украины (ГДИС) и патентных поверенных. Основной аргумент в отношении первых — специалисты департамента «являются заинтересованными лицами по спорам в сфере интеллектуальной собственности». В отношении вторых — их подконтрольность ГДИС, «который может существенно влиять на их деятельность».

Не показывай пальцем — покажи собой
Станислав Ежи Лец

Если исходить из предположения, что лица, имеющие отношение к системе охраны прав ИС, заинтересованы в исходе дел и, соответственно, не могут выступать в качестве судебных экспертов, то необходимо исключить какую бы то ни было причастность и г-на Крайнева к судебным экспертизам по ОИС, решения о регистрации которых принимались в период его нахождения на руководящих должностях в Гос­патенте — в период с февраля 1996-го по август 2000 года — в частности, когда он руководил Научно-исследовательским центром патентной экспертизы (НИЦПЭ).

Именно на основании решений НИЦПЭ были выданы охранные документы на такие товарные знаки, как «Прима», «Лотос», «Момент», «Аспирин», «Антистресс», ставшие предметом многочисленных судебных споров об их охраноспособности.

Презюмируя же заинтересованность действующих специалистов ГДИС и патентных поверенных в результатах проводимых ими судебных экспертиз, г-н Крайнев наносит ущерб их деловой репутации, что, по-видимому, должно получить надлежащую правовую и этическую оценку.

Не обошел он вниманием и штатных сотрудников действующих институтов, которым вынес следующий вердикт: «…даже авторитетные специалисты этой сферы, имеющие опыт работы по другим экспертным специальностям (например, трассо­логии), стараясь самостоятельно овладеть новым видом судебных экспертиз, не могут избежать в своих исследованиях принципиальных ошибок, которые в конце концов ведут к принятию судами неверных решений». Раз уж речь зашла об экспертных ошибках, позволим себе заметить, что далеко не все выводы тех немногочисленных экспертиз, выполнение которых проводилось или контролировалось г-ном Крайневым, были подтверждены при проведении повторных экспертиз.

Но возникают и другие вопросы. Какие именно «принципиальные ошибки» были обнаружены г-ном Крайневым в процессе «анализа»? Почему г-н Крайнев полагает, что украинские судьи настолько неквалифицированны, что заключения экспертиз «ведут к принятию судами неверных решений», учитывая, что суды не связаны заключениями экспертиз и принимают решения на основе полного и всестороннего рассмотрения всех материалов дела? И, наконец, главный вопрос — кто наделил г-на Крайнева полномочиями судьи над судебными экспертами, позволяющими ему делать столь безапелляционные заявления?

Закон Х.Л. Менкена: «Кто умеет делать — делает. Кто не умеет — учит»
Дополнение Мартина: «Кто не может учить — управляет».

Знаковым высказыванием, вызываю­щим сомнения в понимании г‑ном Крайневым методологических основ и задач судебной экспертизы, является следующее: «Доминирующие знания по другим экспертным специальностям приводят к тому, что экспертные исследования по вопросам интеллектуальной собственности перегружены техническими исследованиями документов — заявок на выдачу патентов и свидетельств, самих патентов, свидетельств, другой информацией, которая занимает несколько страниц. Как правило, для решения вопросов в сфере интеллектуальной собственности такие исследования излишни и не имеют никакого значения по делу».

Во-первых, в каких случаях и каким именно образом было установлено, что знания по иным экспертным специальностям являются именно доминирующими? Во-вторых, выражение «экспертные исследования по вопросам интеллектуальной собственности» является, по крайней мере, некорректным. Можно ли представить выражение: «экспертные исследования по вопросам убийства»? Конечно, нет. Правильнее было бы — «судебные экспертизы по делам о нарушениях прав интеллектуальной собственности». Выражение «экспертные исследования по вопросам интеллектуальной собственности перегружены техническими исследованиями документов», на наш взгляд, демонстрирует незнание общих методических положений проведения судебных экспертиз и системы последних. Как известно, эксперт обязан зафиксировать признаки поданных на исследование объектов и документов, что производится и путем описания этих объектов и документов в исследовательской части заключения. Иными словами, в заключениях СЭОИС приводятся не «технические исследования документов», а их описания. Понятие «технические исследования документов» относится к другому виду судебной экспертизы — судебно-технической экспертизе документов, имеющей совершенно иные задачи. Создается впечатление, что г-н Крайнев просто не понимает разницу между техническим исследованием документов и приводимым в заключениях судебных экспертиз описанием документов. При осмотре документов эксперт может выявить признаки, свидетельствующие о подделке документов (подчистке, замене листов и пр.). В этом случае, согласно, например, статье 42 Хозяйственного процессуального кодекса Украины (ХПК), эксперт обязан отразить эти факты в своем заключении. Соответственно, обосновывать выводы данными, приведенными в документе, вызывающем сомнение в подлинности, неправильно.

За неимением довода приводят цитату
Гельвеций

Приводимые г-ном Крайневым как доказательства «некомпетентности» экспертов цитаты из заключений СЭОИС вырваны из контекста, являются его «авторским» переводом с украинского языка и совершенно искажают смысл соответствующих разделов экспертиз. Например, г-н Крайнев цитирует заключение КНИИСЭ № 2329 за 2004 год: «Из числа населения Украины общее количество лиц, которые могут воспринимать латиницу, составляет 1,15 %». На самом деле речь в этом заключении шла о следующем: «К населению, которое может воспринимать обозначения, выполненные латиницей, учитывая национальное происхождение, можно отнести: поляков (0,4 %), венгров (0,3 %), румын (0,3 %), немцев (0,07 %), литовцев (0,02 %), чехов (0,02 %), словаков (0,02 %), латышей (0,01 %), эстонцев (0,01 %). Таким образом, из числа населения Украины общее количество лиц, которые могут воспринимать латиницу, составляет 1,15 %». В данном случае речь шла о том, какой части населения Украины национальное происхождение позволяет воспринимать латиницу.

Не ищи повод, а то найдешь причину!

Итак, г-н Крайнев выносит нам беспощадный приговор: «Но все-таки главной причиной повторных экспертиз по одному и тому же объекту права интеллектуальной собственности является то, что эксперты допускают большое количество ошибок. Это происходит вследствие отсутствия соответствующего опыта, а иногда и специальных знаний».

Позвольте, на основании какого системного анализа судебно-экспертной практики сделаны столь мрачные выводы и кому из нас вынесен столь безапелляционный приговор? Кого же из нас нужно срочно отстранить от экспертной практики? А главное, какие для этого есть основания, кроме горячего желания г-на Крайнева, конечно?

Практика показывает, что в действительности главной причиной назначения повторных СЭОИС является не «большое количество ошибок», а заявляемые одной из сторон, не удовлетворенной (по понятным причинам) заключением экспертизы, ходатайства о назначении повторных экспертиз.

В немалой степени назначению повторных СЭОИС способствовала практика рецензирования заключений экспертиз, к развитию которой был непосредственно причастен и сам г‑н Крайнев. Рецензирование, если оно проводится объективно и непредубежденно, — эффективное средство повышения качества экспертных заключений. Этически правильно было бы проводить такое рецензирование только после вступления судебного решения в законную силу и не высказывать в рецензиях утверждений, направленных на вызывание сомнений в квалификации экспертов, а тем более — о неправильности выводов. В судебной практике уже имеются прецеденты непринятия таких рецензий к рассмотрению, поскольку они являются лишь мнением не участвующих в деле лиц, не основанном на непосредственном изучении объектов экспертизы, а потому не способном служить основанием для оценки правильности выводов.

Однако г-н Крайнев позволяет себе совершенно безапелляционные утверждения в отношении выводов экспертиз по делам, судебное следствие по которым еще не закончено (например, по делу в отношении задач из учебников).

Высказывания об ошибочности выводов эксперта до вступления решения суда в законную силу могут рассматриваться как давление на экспертов (поскольку в этих случаях они сохраняют свой процес­суальный статус) и даже как попытка воздействия на суд, на который процессуальным законодательством возложена оценка заключения экспертизы. И, конечно, до вступления решения суда в законную силу любые высказывания лиц, не имеющих к делу никакого отношения, чреваты введением общественности в заблуждение.

Я попросил композитора: «Сыграйте, пожалуйста, свои сочинения, а я попытаюсь угадать, кто их автор»
М. Генин

Яркой характеристикой подхода г на Крайнева к вопросам защиты интеллектуальной собственности является его отношение к этой самой собственности. В его статье имеется текст: «Предмет любой науки — зеркальное отображение в научных определениях (понятиях, основах, принципах) закономерностей той объективной реальности, которую познает конкретная сфера научного знания. Без раскрытия объекта познания невозможно определить предмет науки, ее функции, структуру и систему. Это в полной мере относится и к судебной экспертизе по исследованию объектов права интеллектуальной собственности». А теперь обратимся к более ранней работе (Сегай М.Я. Судебная экспертология: объект, предмет, природа и система науки // В зб. «Теорія та практика судової експертизи і криміналістики», Вип. 3. — Харків: Право, 2003. — С. 25): «Предмет любой науки – зеркальное отражение в научных определениях (понятиях, основах, принципах, закономерностях) той объективной реальности, которую познает конкретная область научного знания. Без раскрытия объекта познания невозможно определить и предмет науки, ее функции, структуру и систему. Сказанное в полной мере относится и к формирующейся науке о судебной экспертизе» (курсивом выделены совпадения).

Исходя из «позиции авторского права», г-н Крайнев в своей статье утверждает, что для произведения достаточно того, чтобы оно было оригинальным или индивидуальным по своему характеру «…и выражало что-то присущее личности создавшего его, несло в себе ее отражение». Какое же отражение своей личности и какой «творческий вклад» г-н Крайнев внес в цитируемую выше часть работы профессора М. Сегая? Известно ли ему такое понятие, как плагиат? И, наконец, как может претендовать на какие-то ведущие позиции в СЭОИС человек, который не гнушается плагиата?

Если не можешь решить проблему — начни ею руководить
Роберт Шуллер

Особый интерес представляет высказывание г-на Крайнева в отношении отсутствия «централизованного методологического управления работой экспертов этого вида экспертиз», которое, по его мнению, «приводит к тому, что нередко по одному судебному делу назначается несколько экспертиз, выводы которых противоположны».

Вот! Наконец-то становится понятным, из-за чего весь огород городился: г‑ну Крайневу крайне необходимо именно централизованное методологическое управление работой экспертов в области ­СЭОИС. Что же следует понимать под таким централизованным управлением?

Методология судебной экспертизы как науки — это система наиболее общих принципов, положений и методов, составляющих основу этой науки. Так чем же в этом отношении собирается управлять г‑н Крайнев? Общими принципами науки? Использованием этих принципов в экспертной работе?

Понятие методологии трактуется и как учение о структуре, логической организации, методах и средствах деятельности. При этом различаются нормативная методология — то есть система определенных предписаний и норм, в которых фиксируются содержание и последовательность определенных видов деятельности, и дескриптивная методология, описывающая фактически выполненную деятельность. В «обоих случаях основной функцией этого знания является внутренняя организация и регулирование (выделение авторское. — «ЮП») процесса познания или практического преобразования какого-то объекта» (БСЭ, третье издание, 1974. — Т. 16. — С. 479).

Итак, г-н Крайнев призывает к централизованному регулированию или управлению процессами познания при производстве СЭОИС.

Имеются различные определения понятия «управление». В данной ситуации, поскольку речь идет об управлении работой экспертов, приведем следующее определение: «Управление — как функция — целенаправленное информационное воздействие на людей и экономические объекты, осуществляемое с целью направить их действия и получить желаемые результаты» (http://encycl.yandex.ru/).

Таким образом, «централизованное методологическое управление работой экспертов этого вида экспертиз», по сути, является целенаправленным информационным воздействием на судебных экспертов в целях получения желаемых результатов, что, соответственно, означает установление централизованного контроля над производством СЭОИС, обеспечивающим получение таких результатов. Установление подобного контроля объективно приведет к нарушению установленных законом принципов судебной экспертизы и монополизации производства СЭОИС.

И, соответственно, создание монопольного «специализированного центра судебных экспертиз по вопросам интеллектуальной собственности» является попыткой посягательства на предусмотренные статьей 4 Закона Украины «О судебной экспертизе» гарантии независимости судебного эксперта и приведет к нарушениям принципа состязательности, закрепленного во всех видах процесса, увеличению сроков досудебного и судебного рассмотрения дел и иным негативным последствиям.

Итак, если цель — монополизация производства СЭОИС — поставлена, нужно определить и средства ее достижения. Одним из таких средств может быть переаттестация судебных экспертов.

Начнем с утверждения г-на Крайнева о том, что «до 2002 года судами и правоохранительными органами в качестве экспертов к проведению исследований привлекались специалисты, не имеющие статуса судебного эксперта по вопросам интеллектуальной собственности. Разумеется, они не могли предоставлять квалифицированные заключения с соблюдением требований, установленных Законом Украины «О судебной экспертизе» и ведомственными нормами».

Прежде всего обращает на себя внимание незнание г‑ном Крайневым установленного процессуальными законами Украины порядка назначения судебной экспертизы и, соответственно, обретения конкретными лицами статуса судебного эксперта. Да будет Вам известно, господин Крайнев, что процессуальные законы Украины позволяют привлекать в качестве судебного эксперта любое сведущее лицо, независимо от аттестации и наличия высшего образования.

Второй примечательный момент — полное отсутствие логики. Если специалист не аттестован как судебный эксперт, то он не может дать квалифицированное заключение? Значит ли это, что, когда Вы были внештатным сотрудником ­КНИИСЭ и провели экспертизу по уголовному делу № 99730014 (заключение КНИИСЭ № 1020/1021 за 2001 год), то есть до введения экспертных специальностей, Вы дали неквалифицированное заключение? Или же для Вас это было «забавой или хобби в свободное от основной работы время»? Quod licet Jovi non licet bovi?!

Далее. Что значит «дифференцировать некоторые виды судебно-экспертных специальностей, связанных с охраной прав интеллектуальной собственности»? Ввести отдельные экспертные специальности по ОИС каждого вида? Например, «судебный эксперт по литературным произведениям», «эксперт по музыкальным произведениям» и т.п.? Абсурдно.

Четкое определение квалификационных требований, безусловно, необходимо и возможно только на основе создания теоретического базиса СЭОИС и программ подготовки экспертов. Почему же г-н Крайнев, зная, что до настоящего времени не сформировались теоретические основы этого вида экспертиз, не созданы методики судебно-экспертных исследований, не разработаны программы подготовки по всем экспертным специальностям, и ни разу не предложив экспертному сообществу ничего конкретного по указанным вопросам, призывает к переаттестации? Представляется, что читатель может ответить на этот вопрос самостоятельно.

Приведенные же г-ном Крайневым «основания» для переаттестации (придуманный им перечень «квалификационных требований» к экспертам и факты назначения повторных экспертиз) нормативно не определены и являются прямым посягательством на основополагающие принципы судебной экспертизы.

Таким образом, основным доказательством необходимости и нужности создания «специализированного центра судебных экспертиз по вопросам интеллектуальной собственности» является очевидная нужность его г‑ну Крайневу.

Подытоживая изложенное, можно прогнозировать, что если такие «прогрессивные» научно-методические и организационные подходы г-на Крайнева к институту судебной экспертизы ОИС получат соответствующую поддержку и подписанное 31 декабря 2004 года Виктором Януковичем распоряжение Кабинета Министров Украины № 984-р «О создании Научно-исследовательского центра судебной экспертизы по вопросам интеллектуальной собственности» будет реализовано в полном объеме, то украинское правосудие ждет «светлое» будущее довольно строгого режима, а проигравшим в судебных процессах недалекого грядущего сторонам останется лишь отнестись к своему непоправимо бесправному положению философски: «На свете счастья нет, а есть паек и доля» (Г. Малкин).

ПРОХОРОВ-ЛУКИН Григорийк.ю.н., завлабораторией СЭОИС Киевского НИИСЭ;
КИРИЧЕНКО Ирина, СИТЦЕВОЙ Валерий — внештатные сотрудники Киев­ского НИИСЭ, г. Киев