Иск о признании права собственности и других вещных прав

Рубрики Вопрос юристу

Защита права собственности и других вещных прав (2)

Главная > Реферат >Государство и право

Глава I. Право собственности……………………………………………………….4

1.1 Понятие защиты права собственности

1.2 Формы права собственности

2.1 Понятие вещного права

2.2 Признаки вещного права

2.3 Виды вещного права

Глава III. Способы защиты права собственности………………………………. 14

3.1. Вещно-правовые способы защиты

3.2. Обязательственно – правовые и иные способы защиты

Глава IV. Защита права собственности и других вещных прав…………………17

4.1 Истребование имущества из чужого незаконного владения (виндикация).

4.2 Иск об устранении нарушений, не связанных с лишением владения (негаторный)

4.3 Иск о признании права собственности.

Список использованной литературы…………………………………………. 32

Проблемы защиты права собственности и иных вещных прав имеют высокую степень актуальности. Это обусловлено значительной ролью права собственности и иных вещных прав в условиях рыночной экономики.

Отношения собственности всегда считались наиболее сложными вопросами в теории гражданского права, учитывая их непосредственную связь с политическими, идеологическими и социально-экономическими отношениями в обществе. Закрепление частной собственности в российском законодательстве, вовлечение в гражданский оборот земли, зданий, сооружений и других объектов недвижимости ставит одной из основных задач перед законодателем обеспечение реальной защиты прав и интересов собственников и иных законных владельцев. В настоящий момент в собственности граждан и юридических лиц находятся самые разнообразные материальные объекты, возникает много спорных вопросов относительно правового регулирования отношений собственности. Острейшую практическую значимость имеют проблемы защиты права собственности и иных вещных прав на недвижимое имущество.

Особенности некоторых способов защиты права собственности и иных вещных прав не получили еще достаточного глубокого изучения, а правоприменительная практика нередко сталкивается с рядом нерешенных вопросов.

Целью курсовой работы является комплексное изучение теоретических и практических проблем правового регулирования и правоприменительной практики по вопросам способов защиты права собственности.

Для достижения данной цели были поставлены следующие задачи исследования:

— рассмотреть понятие права собственности как объекта гражданско-правовой защиты;

— проанализировать понятие и соотношение гражданско-правовой защиты и охраны права собственности;

— охарактеризовать систему гражданско-правовых способов защиты права собственности и законных интересов собственника;

— исследовать правовую природу вещно-правовых способов защиты права собственности;

— дать оценку обязательственно-правовым и иным не вещным способам защиты права собственности;

В самом гражданском праве защиту в рамках гл. 20 ГК РФ следует отличать от защиты интересов собственника в широком смысле. Последняя может осуществляться различными способами: путем признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления, нарушающего интересы собственника (ст. 13 ГК РФ); путем признания недействительными сделок, нарушающих интересы собственника, возмещение убытков собственнику и т.д. 1

С усложнением системы гражданских правоотношений вопрос грамотной защиты своего права приобретает все большую актуальность. Особенно это проявляется в институте защиты права собственности, недаром ему посвящена целая глава гражданского кодекса. Нередко от выбора верного и наиболее подходящего средства защиты зависит успех всего дела.

Глава I. ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ

1.1. Понятие защиты права собственности

Защита права собственности — это использование предусмотренных законом гражданско-правовых способов защиты в условиях устранения препятствий к осуществлению права собственности. Защита права собственности охватывается более широким понятием “охрана отношений собственности”. Охрана отношений собственности осуществляется при помощи гражданско-правовых норм, которые устанавливают: принадлежность материальных благ субъектам гражданских правоотношений и определяют степень их имущественного обособления; обеспечивают собственникам условия для реализации их прав в определенных пределах; устанавливают неблагоприятные последствия для лиц, нарушивших права собственников. Иными словами, охрана отношений собственности осуществляется при помощи закрепления в гражданско-правовых нормах пределов владения, пользования и распоряжения принадлежащим субъектам гражданских правоотношений имуществом и установление неблагоприятных последствий для лиц, нарушающих права собственников. Охрана отношений собственности связана с государственным регулированием распределения имущества между субъектами гражданского права, а также с государственным дозволением иметь и распоряжаться имуществом в определенных пределах. Охрана и защита права собственности тесно друг с другом связаны, поскольку надлежащая гражданско-правовая защита может осуществляться только в пределах охраняемых прав собственника.

В ст. 45 Конституции РФ говорится, что “каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом”. Данное положение в равной степени относится и к защите права собственности. Однако главными, наиболее действенными способами защиты являются те из них, которые предусматривает судебная защита, предоставляемая субъекту гражданских правоотношений в результате обращения в суд с иском о защите его нарушенного или оспариваемого права собственности.

1.2. Формы права собственности

Согласно п. 2 ст. 8 Конституции, в РФ признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности.

Собственность в РФ подразделяется на частную, государственную и муниципальную. В свою очередь, в составе частной собственности различаются собственность граждан и юридических лиц, в государственной – федеральная собственность и собственность субъектов Федерации, в муниципальных – собственность городских и сельских поселений и собственность других муниципальных образований.

Частная собственность, субъектами которой выступают граждане и юридические лица, призвана обеспечивать исключительно их интересы.

Государственная собственность, субъектами которой выступают РФ и субъект РФ, призвана обеспечивать интересы народа РФ в целом, населения, проживающего на территории субъекта РФ.

Муниципальная собственность, субъектами которой выступают муниципальные образования, призвана обеспечивать интересы населения, проживающего на территории городского или сельского поселения либо иного муниципального образования.

Права всех собственников признаются равными. Но в силу публичного характера государственной и муниципальной собственности, т. е. в интересах большинства людей, законом могут устанавливаться определенные ограничения права частной собственности по отношению к публичной:

могут быть определены виды имущества, которые находятся исключительно в государственной или муниципальной собственности;

могут быть установлены особенности приобретения и прекращения права собственности на имущество, а также особенности владения, пользования и распоряжения им.

Например, только субъект государственной или муниципальной собственности вправе приобрести имущество (деньги) в виде налогов или иных обязательных платежей. Производство боевого оружия может осуществляться только на государственных предприятиях.

2.1. Понятие вещного права

Одна из важнейших классификаций гражданских прав предусматривает их деление на вещные и обязательственные. Вещные права – одна из форм реализации отношений собственности. Вещные права обычно определяются как права, которые предоставляют их обладателю возможность непосредственного (независимо от какого-либо другого лица) воздействия на вещь. Иначе говоря, вещное право предоставляет его обладателю непосредственную власть, господство над вещью. Субъект вещного права может осуществлять в своих интересах действия по владению, пользованию, во многих случаях и по распоряжению вещью, не обращаясь за содействием к какому-либо иному лицу. В этом коренное отличие вещных прав от обязательственных. Лицо, имеющее обязательственное право на вещь (например из договора аренды), может реализовать свои правомочия по владению и пользованию ею лишь в том случае, если фактически получит ее от собственника, заключившего с ним договор.

Главенствующее место в системе вещных прав занимает право собственности. Право собственности отличается от других вещных прав полнотой содержания. Собственнику принадлежат правомочия владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Он вправе по своему усмотрению совершать по поводу своего имущества любые действия, не противоречащие нормам права и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц (ст. 209 ГК РФ). Никто из субъектов других вещных прав не имеет такой полноты правомочий на принадлежащее им имущество. Объем их прав по использованию имущества ограничен законом и волей собственника. Это объясняется тем, что любое допускаемое законом вещное право произведено от права собственности. Собственник, передавая часть своего имущества другому лицу в оперативное управление, хозяйственное ведение или иное вещное право, сохраняет за собой право собственности на это имущество. Поэтому никто из субъектов других вещных прав (кроме права собственности) не может обладать всей совокупностью правомочий собственника. Право собственности всеобъемлюще, по сравнению с ним любое иное вещное право является ограниченным по объему. Выделяя группу вещных прав, принадлежащих не собственникам, закон именует их «вещные права лиц, не являющихся собственниками».

Иск о признании права собственности

  • Собственность
  • Право собственности и другие вещные права
  • Приобретение и прекращение права собственности
  • Ограниченные вещные права
  • Земля как объект гражданских прав
  • Право собственности на землю
  • Право собственности на земельный участок
  • Право пожизненного наследуемого владения
  • Право постоянного бессрочного пользования земельным участком

Иск о признании права собственности

Наряду с виндикационным и негаторным исками право собственности может защищаться с помощью иска о признании права собственности. Следует отметить, что иски под таким наименованием весьма часто встречаются в судебно-арбитражной практике, но большинство из них носит обязательственно-правовой характер, ибо вытекает из относительных правоотношений сторон. Подобные споры разрешаются на основе соответствующих норм договорного права, норм о наследовании, общем имуществе супругов и т. п. Встречаются, однако, и такие требования о признании права собственности, которые обращены к третьим лицам, никак не связанным с истцом какими-либо относительными правовыми узами. В качестве примера можно привести требование владельца о признании за ним права собственности, обращенное к органу местной администрации, который отказывается выдать правоустанавливающие документы ввиду того, что они не сохранились или не были своевременно оформлены.

Для отношений собственности иск о признании права собственности имеет особое значение, поскольку само право собственности может быть предметом спора, в том числе между титульными и фактическими владельцами.

Относительно природы рассматриваемого иска нет единства мнений. В одних случаях он рассматривается как разновидность виндикации, в других — в качестве негаторного иска об устранении препятствий не в пользовании, а в распоряжении имуществом, в третьих — как особый иск о признании права собственности, являющийся разновидностью исков о признании права.

Последняя точка зрения представляется наиболее верной в силу следующих обстоятельств.

О виндикации говорить не приходится, потому что в большинстве случаев имущество находится у собственников (до момента его фактического изъятия). Рассматриваемый иск нельзя также считать негаторным, ибо здесь не просто создаются препятствия реализации правомочий собственника, а, по существу, происходит юридическое (а иногда и фактическое) изъятие имущества у собственника с лишением его всяких прав на данное имущество. Вряд ли его можно относить к обязательственным способам защиты права собственности, поскольку такой иск сохраняет вещный характер: он может быть предъявлен любому взыскателю, по требованию которого имущество собственника включено в опись.

Истцом по иску о признании права собственности является собственник индивидуально-определенной вещи, как владеющий, так и не владеющий ею (если при этом не ставится вопрос о ее возврате), права которого оспариваются, отрицаются или не признаются третьим лицом, не находящимся с собственником в обязательственном или иных относительных отношениях по поводу спорной вещи. Правом на подобный иск обладает и титульный владелец имущества, в частности субъект права хозяйственного ведения или оперативного управления.

В качестве ответчика выступает третье лицо, как заявляющее о своих правах на вещь, так и не предъявляющее таких прав, но не признающее за истцом вещного права на имущество.

Предметом иска о признании права собственности является лишь констатация факта принадлежности истцу права собственности, иного вещного права на имущество, но не выполнение ответчиком каких-либо конкретных обязанностей. Решение по иску о признании права собственности устраняет сомнение в праве, обеспечивает необходимую уверенность в наличии права, придает определенность взаимоотношениям сторон и служит основой для осуществления конкретных правомочий по владению, пользованию и распоряжению имуществом.

Основанием иска являются обстоятельства, подтверждающие наличие у истца права собственности или иного права на имущество. Правовой основой данного иска является ст. 12 ГК РФ, предусматривающая такой способ защиты гражданских прав, как их признание.

Иск о признании права собственности и других вещных прав

На основании приложения к информационному письму ВАС РФ № 13 от 28.04.1997г. “Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав” необходимо сделать следующие выводы:

1) Сделка по отчуждению имущества лицом, у которого оно находилось в пользовании, судом правомерно признана недействительной.

2) Право собственности на имущество не может быть приобретено истцом на основании предварительного договора о продаже имущества.

3) Общественная организация не может приобретать государственное имущество в порядке, установленном законодательством о приватизации.

4) Право на истребование имущества из чужого незаконного владения имеет только собственник или иной законный владелец имущества.

5) Течение срока приобретательной давности может начаться не ранее истечения срока исковой давности на истребование собственником или иным законным владельцем имущества у лица, у которого оно находилось.

6) Право собственности в силу приобретательной давности может возникнуть не только на бесхозяйные вещи.

7) Приобретательная давность не распространяется на случаи, когда владение имуществом осуществляется на основании договора о безвозмездном пользовании.

8) Отсутствие государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество не является препятствием для обращения в арбитражный суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности.

9) За акционерным обществом не может быть признано право хозяйственного ведения на государственное имущество.

10) Иск о признании права хозяйственного ведения может быть предъявлен к лицу, нарушающему это право.

11) Выкуп приватизированным предприятием занимаемого им нежилого помещения является основанием для прекращения права хозяйственного ведения государственного (муниципального) предприятия, на балансе которого указанное помещение находилось.

12) Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения и в том случае, когда основания передачи имущества новому владельцу не были им оспорены в судебном порядке.

13) Объектом виндикации может быть находящееся у ответчика имущество.

14) Требования собственника о выселении, основанные на договоре аренды, ошибочно квалифицированы арбитражным судом как виндикационный иск.

15) У добросовестного приобретателя не может быть истребовано имущество, выбывшее из владения собственника по его воле.

16) При продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности вправе предъявить иск о переводе на него прав покупателя.

17) Если нарушение прав собственника не повлекло прекращения владения имуществом, собственник вправе предъявить негаторный иск.

18) Имущество не может быть истребовано у лица, ставшего собственником спорного имущества в результате проведения судебным исполнителем торгов, которые не признаны недействительными по иску заинтересованной стороны.

Ключевые слова: защита права собственности и других вещных прав, негаторный иск, виндикационный иск.

Юрист А.А. Рудаков

Если у Вас возникли какие-то дополнительные воросы — прошу присылать их мне . декабрь,2002г.

Юрист ООО “Компания открытых систем” А.А. Рудаков
Если у Вас возникли какие-то дополнительные вопросы —
прошу присылать их мне .
декабрь,2002г.

ИСК О ПРИЗНАНИИ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ

Стремительное развитие имущественного оборота, в который вовлекается широкий круг его участников (граждан и юридических лиц), с неизбежностью приводит к столкновению имущественных интересов собственников.

Применение традиционных вещно-правовых средств правовой охраны собственника обнаружило проблемы, которые не были актуальными в советское время либо в принципе не могли существовать в предшествующий период, например, по причине отсутствия частной собственности, деления вещей на движимые и недвижимые, системы регистрации объектов имущественного оборота и др.

В этом разделе будут рассмотрены наиболее актуальные проблемы вещно-правовых способов защиты права собственности.

1. Признание права определено законодателем в качестве способа защиты гражданских прав в ст. 12 ГК РФ. Даже в советский период, когда в имущественных отношениях доминировала государственная собственность, наука гражданского права выделяла иск о признании права собственности в качестве самостоятельного способа защиты .

См.: Комментарий к ГК РСФСР / Под ред. Е.А. Флейшиц и О.С. Иоффе. М., 1970. С. 29 (автор коммент. — С.Н. Братусь); Ерошенко А.А. Личная собственность в гражданском праве. М., 1973. С. 186; Советское гражданское право: Учебник: В 2 ч. Ч. I / Под ред. В.А. Рясенцева. М., 1986. С. 416 (авторы главы — В.А. Рясенцев, Г.И. Ческис).

В настоящее время, несмотря на утверждение в общественном правовом сознании точки зрения об одном «. праве собственности с единым, одинаковым для всех набором правомочий (содержанием), у которого могут быть лишь различные субъекты. » , не всегда в юридической науке и правоприменительной практике данному иску придается значение самостоятельного способа защиты права собственности.

Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. М.: Ред. журнала «Хозяйство и право», 1995. С. 273 (автор коммент. — Е.А. Суханов).

Иск о признании права собственности на имущество как способ защиты гражданских прав можно охарактеризовать следующими отличительными признаками: наличие действительного, а не мнимого спора о праве с лицом, которое не признает право истца (не претендуя на имущество), или с лицом, которое напрямую оспаривает право истца (считая имущество своей собственностью); отсутствие обязательственных отношений между истцом и ответчиком по поводу спорного имущества; обязанность истца доказать законность оснований приобретения права собственности на спорное имущество. Для иска о признании права собственности на имущество не имеет квалифицирующего значения факт нахождения спорного имущества у истца или ответчика, а также наличие государственной регистрации права за ответчиком.

С тем чтобы определиться с местом и значением рассматриваемого иска в системе вещно-правовых способов защиты права собственности, следует остановиться на фактических и правовых предпосылках предъявления данного иска.

Представляется, что между истцом и ответчиком по иску о признании права собственности не может быть действующих договорных отношений по поводу спорного имущества. В отношениях «продавец — покупатель», «арендодатель — арендатор», «поклажедатель — хранитель» уже на момент заключения договора между контрагентами не имеется разногласий по вопросу принадлежности объекта сделки, так же как не имеется разногласий о принадлежности имущества после прекращения договора.

Если между контрагентами договора возникает спор по поводу владения, пользования, распоряжения имуществом, то для его разрешения должны быть задействованы обязательственно-правовые средства защиты гражданских прав, в том числе присущие конкретному виду обязательственных правоотношений.

Иск о признании права собственности подается заинтересованным лицом в случае, когда его право на имущество не признается (отрицается) физическим, юридическим лицом или публично-правовым образованием, либо в случае, когда субъективное право на вещь напрямую оспаривается другим участником имущественного оборота. В последнем случае истцу противостоит субъект, считающий себя собственником спорного имущества, т. е. налицо спор о праве на вещь, а значит, данный иск направлен на защиту нарушенного права. Хотя нарушение права собственности на имущество будет иметь место и в случае непризнания (отрицания) права собственности другим субъектом. В результате этого у собственника могут возникнуть конкретные неблагоприятные последствия (например, отказ со стороны публично-правового образования в предоставлении земельного участка под существующий объект недвижимости), свидетельствующие о нарушении права собственника на имущество. Тем самым возникают предпосылки для предъявления иска о признании права собственности на имущество.

В первом из названных случаев намерения истца направлены на подтверждение правовой принадлежности имущества или установление субъективного права на вещь. Действующее законодательство в единичных ситуациях придает решению суда о признании права собственности на имущество правоустанавливающий характер применительно к нормам ст. 8 ГК РФ об основаниях возникновения гражданских прав. Например, признание права на самовольную постройку (ст. 222 ГК РФ), признание права муниципальной собственности на бесхозяйную недвижимую вещь (ст. 225 ГК РФ).

Во всех остальных случаях решение суда о признании права собственности на имущество не может быть квалифицировано в качестве основания возникновения субъективного материального права так, как его понимает законодатель в ст. 8 ГК РФ. Этот вопрос представляется наиболее сложным для субъектов имущественного оборота, когда они становятся участниками соответствующего судебного спора. Причина кроется в том традиционном (для рядового обывателя) представлении о судебном решении как о некой константе, которая окончательно определяет права и обязанности участников спора, в данном случае определяет правовой режим принадлежности спорного имущества, называя истца собственником.

На самом деле при рассмотрении иска о признании права собственности (здесь не говорим о самовольной постройке) суд выясняет правомерность приобретения истцом права собственности на имущество. Правомерным будет приобретение по основаниям, установленным законом (гл. 14 ГК РФ). Очевидно то, что обстоятельства приобретения истцом имущества в собственность имели место до судебного спора. Следовательно, суд только проверит эти обстоятельства на соответствие закону, а также установит необоснованность притязания ответчика на имущество. Таким образом, судебное решение об удовлетворении иска подтвердит правовое положение истца по отношению к имуществу, которое возникло до обращения в суд.

Немалую сложность по делам о признании права собственности на имущество создает сам истец, когда при обосновании правомерности приобретения имущества ссылается на добросовестность. Проблема заключается в том, что в действующем ГК РФ понятие добросовестность используется в значениях, разных по объему и юридической ценности. В п. 2 ст. 6 ГК РФ добросовестность предстает как общее мерило поведения субъектов гражданских правоотношений. В ст. 10 ГК РФ добросовестность определена как один из пределов осуществления гражданских прав, т. е. своеобразная граница для участников гражданского оборота, выход за которую может послужить мотивом к отказу в защите гражданских прав в судебном порядке.

Понятие «добросовестность» законодатель использует в сложном юридическом составе, на основании которого возникает право собственности у лица, владеющего имуществом по давности (ст. 234 ГК РФ). Здесь добросовестность проявляется как известное правило поведения и в период давностного владения по своей юридической квалификации ближе к пониманию, которое заложено в ст. 6 ГК РФ, нежели представление о добросовестности как неосведомленности о каких-либо фактах.

Наконец, добросовестность в правилах о виндикации (ст. 302 ГК РФ) представляет собой неосведомленность приобретателя о неуправомоченности отчуждателя. Здесь добросовестность определена в качестве презумпции, т.е. предположения (допущения), которое при судебном разбирательстве будет подтверждено либо опровергнуто.

Какой смысл вкладывает истец по иску о признании права собственности, заявляя о добросовестности приобретения имущества?

Если имущество приобретено от лица, которому отчуждаемое имущество принадлежало на праве собственности, на основании соответствующей закону гражданско-правовой сделки, полностью исполненной контрагентами, то ссылка на добросовестность теряет юридическую ценность, так как приобретение в собственность имущества от собственника является элементарным соблюдением общих положений о праве собственности (ст. 209 ГК РФ) и оснований приобретения права собственности (ст. 218 ГК РФ).

Вряд ли в подобной ситуации истец будет определять свою добросовестность в качестве предела осуществления гражданских прав, рискуя получить отказ в иске по данному мотиву. Тем более что не так уж часто законодатель напрямую обусловливает защиту гражданских прав с добросовестностью участников оборота при реализации ими своих гражданских прав. Некоторые из этих случаев детально исследованы К. И. Скловским .

См.: Скловский К. И. Применение норм о доброй совести в гражданском праве России // Хозяйство и право. 2002. N 9. С. 79 — 94.

Если истец ссылается на добросовестность, вкладывая в нее смысл, заложенный в ст. 302 ГК РФ, то именно в этом состоит его ошибка. Правила п. 1 ст. 302 ГК РФ не регулируют отношения приобретения имущества в собственность. Здесь добросовестность служит ограничителем виндикации, т. е. законодатель придает ей свойства юридического средства защиты участника оборота, получившего имущество по сделке с неуправомоченным отчуждателем, от виндикационных притязаний собственника. В виндикационном процессе традиционно положение истца как собственника спорного имущества, а ответчика — как лица, не имеющего субъективного права на вещь.

Поэтому, когда истец по иску о признании права собственности на имущество при обосновании иска ссылается на добросовестность, это будет свидетельствовать либо о его юридической неграмотности, либо означать юридическую порочность приобретения имущества, поскольку в имущественном обороте добросовестность предстает не только как общее мерило поведения, но и как неосведомленность о фактах.

Фактическое нахождение имущества у истца или ответчика по иску о признании права собственности не препятствует применению данного способа защиты права собственности. Здесь необходимо ясное понимание той юридической цели, на которую направлен этот способ защиты, поскольку «. иск о признании права собственности — это внедоговорное требование собственника имущества о констатации перед третьими лицами факта принадлежности истцу права собственности на спорное имущество, не соединенное с конкретными требованиями о возврате имущества или устранении иных препятствий, не связанных с лишением владения. » . Как видим, цель иска о признании права собственности отличается от юридических результатов, к которым устремлены виндикационный и негаторный иски.

Гражданское право: Учебник: В 3 т. Т. 1. М., 2005. С. 567 (автор главы — А.П. Сергеев).

Закрепление в российском гражданском законодательстве системы регистрации недвижимости не привело к умалению значимости традиционных способов защиты права собственности. Тем более не возникло оснований к отождествлению этих способов или подмены одного другим. Однако в юридической литературе встречаются подобные примеры. Так, Ф.О. Богатырев полагает, что «. виндикация недвижимости вообще невозможна» . В обоснование этого вывода автор опирается на посылку, согласно которой при предъявлении виндикационного требования «. в случае с недвижимостью истца больше всего интересует уничтожение записи на имя ответчика и учинение записи на свое имя» . Видимо, причиной подобной переоценки целей виндиканта послужило то обстоятельство, что участвовать в имущественном обороте вправе только обладатель зарегистрированного права на объект недвижимости. Однако данные законоположения не могут служить основанием к исключению виндикационного иска из способов защиты права собственности на объекты недвижимого имущества.

Богатырев Ф.О. Как дальше регулировать оборот недвижимости? (Обсуждение концепции развития гражданского законодательства о недвижимом имуществе) // Хозяйство и право. 2003. N 11. С. 123.

См.: Богатырев Ф.О. Указ. соч. С. 123.

Для защиты собственника Ф. О. Богатырев предлагает задействовать требование о признании права собственности. Общеизвестно, что данное требование имеет иные цели, чем виндикация. Ни фактических, ни правовых оснований для такой подмены не имеется. Эти иски отличаются по многим критериям. При подаче иска о признании права собственности спорное имущество может находиться у истца, тогда как при виндикационном иске спорная вещь должна находиться у ответчика, и т.д.

2. Несколько слов необходимо сказать о соотношении иска о признании права собственности и иска об освобождении имущества от ареста или исключении его из описи (ст. 92 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 119-ФЗ «Об исполнительном производстве», далее — Закон об исполнительном производстве).

Несмотря на то что последний иск помещен законодателем в процессуальный закон, не вызывает сомнений его материально-правовая подоплека. Именно наличие права собственности на имущество и непризнание (отрицание) этого факта другими лицами (должником, взыскателем, государственным органом, осуществляющим принудительное исполнение судебного решения) служат предпосылкой заинтересованному лицу для предъявления такого иска. Видимо, названные мотивы послужили основанием для вывода, сделанного Е.А. Сухановым, о том, что иск об освобождении имущества от ареста «. сводится к требованию о признании права собственности на незаконно включенное в опись и арестованное имущество. Поэтому его следует рассматривать в качестве разновидности иска о признании права (ст. 12 ГК РФ) — самостоятельного способа защиты гражданских, в том числе вещных прав. » .

Гражданское право: В 4 т. Т. 2. М., 2006. С. 179 (автор главы — Е.А. Суханов).

В юридической литературе имеется иной взгляд на соотношение этих исков . В этой работе Л. А. Новоселова обращает внимание на то, что иск об освобождении имущества от ареста или исключении имущества из описи нередко подается после реализации арестованного имущества на торгах. В связи с этим, а также «. для целей устранения терминологических затруднений представляется целесообразным именовать такой иск иском об устранении последствий ареста» . Тем самым Л.А. Новоселова не проводит тождества между иском об освобождении имущества от ареста и иском о признании права собственности на имущество. В развитие этого подхода можно высказать следующие соображения.

См.: Новоселова Л.А. Истребование из чужого незаконного владения имущества, проданного в порядке исполнения судебного акта // Вестник гражданского права. 2006. N 1. С. 35 — 69.

Предъявление иска об освобождении имущества от ареста после проведения торгов объясняется необходимостью с помощью юридических средств поочередного устранения обстоятельств, которые привели к утрате собственником титула и самого имущества. Затем последуют иск о признании недействительными торгов и виндикация имущества.

Понятно то, что тождества либо противопоставления между этими исками быть не может. Сближает их то, что при рассмотрении и удовлетворении каждого из них будет подтвержден факт принадлежности имущества истцу на праве собственности. Хотя этот вывод представляет собой цель иска о признании права собственности на имущество. Тогда как при рассмотрении иска об освобождении имущества от ареста упомянутый вывод представляется средством для достижения другой цели, а именно устранить арест имущества как основание реализации его на торгах.

Судебно-арбитражная практика применения Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее — Закон о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним), а также соответствующая деятельность государственных регистрирующих органов обнаружили ряд проблем, неизвестных советскому законодательству и не обсуждавшихся в юридической литературе того периода. Согласно положениям п. 1 ст. 2 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Является эта норма Закона новым способом защиты гражданских прав либо представляет собой разновидность уже существующих (признание права собственности на имущество, виндикация или иной)?

В доктрине гражданского права и судебно-арбитражной практике до настоящего времени не выработана единая позиция о содержании иска об оспаривании зарегистрированного права. Наиболее распространены следующие формулировки исковых требований: о признании недействительным зарегистрированного права; о признании права собственности за истцом; о признании недействительной записи о государственной регистрации права за ответчиком; о признании недействительными сделки либо ненормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления, указанных в качестве основания государственной регистрации права за ответчиком. Встречаются такие споры и в практике Высшего Арбитражного Суда РФ .

См. Постановления Президиума ВАС РФ от 13 декабря 2005 г. N 9939/05, от 7 февраля 2006 г. N 10101/05, от 20 июня 2006 г. N 3082/06, от 26 сентября 2006 г. N 1906/06, от 14 ноября 2006 г. N 1886/06.

Представляется, что в действующем законодательстве не имеется почвы для появления такого средства защиты права собственности, как требование о признании недействительным права собственности другого лица. Скорее всего, такая формулировка появилась не как реализация положений п. 1 ст. 2 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, а как реакция на отказ регистрирующих органов осуществить регистрационные действия по прекращению государственной регистрации права собственности лица, чье основание регистрации (сделка, ненормативный правовой акт или иное) признано недействительным решением суда. По меткому выражению О.Г. Ломидзе и Э.Ю. Ломидзе, «. именно стремление добиться от суда максимально четкой формулировки в резолютивной части решения, которую не смог бы превратно истолковать регистратор, обусловливает ориентир практиков на иск о признании недействительным права собственности ответчика либо иск о признании недействительной государственной регистрации» .

Ломидзе О.Г., Ломидзе Э.Ю. Защита права собственника недвижимости и стабилизация положения ее приобретателя: влияние регистрации // Вестник ВАС РФ. 2007. N 1. С. 21.

3. В юридической литературе высказывается точка зрения о недопустимости применения такого способа защиты права, как признание недействительным зарегистрированного права .

См.: Рожкова М. Требование о признании в арбитражном процессе // Арбитражная практика. 2002. N 11; Лапач В.А. Оспаривание сделки или права? // ЭЖ- Юрист. 2004. N 13; Орловская Я.О. Споры, связанные с оспариванием зарегистрированного права // Арбитражная практика. 2005. N 5.

Можно согласиться с этим мнением и в его поддержку привести следующие аргументы. Даже учитывая неисчерпывающий характер перечня способов защиты гражданских прав в ст. 12 ГК РФ, не имеется заслуживающих внимания юридических мотивов считать требование о признании недействительным зарегистрированного права новым способом защиты гражданских прав. Из всей совокупности норм гражданского законодательства, регулирующих вопросы государственной регистрации прав на недвижимое имущество, с очевидностью вытекает, что не сама по себе государственная регистрация служит основанием возникновения субъективного права на имущество, а гражданско-правовые сделки, распорядительные акты уполномоченных государственных органов и органов местного самоуправления и другие основания приобретения прав на имущество, предусмотренные в качестве таковых действующим гражданским законодательством (в частности, указанные в п. 1 ст. 8, ст. 218 ГК РФ). Оспаривание в судебном порядке данных оснований как раз и представляет собой реализацию нормы ст. 2 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Ясность в данный вопрос может внести конкретизация этой статьи Закона о том, что зарегистрированное право подлежит оспариванию в судебном порядке посредством оспаривания оснований регистрации права (сделки, ненормативного акта и т. д.).

При исследовании обозначенной проблемы к аналогичному выводу приходит В. А. Лапач, утверждая, что в этом случае «. следует говорить только о недействительности сделок либо управленческих актов как оснований возникновения гражданских прав и обязанностей (ст. 8 ГК РФ). Именно недействительность этих оснований и позволяет говорить об отсутствии субъективных прав с момента совершения сделки либо акта» .

Лапач В.А. Проблема оспаривания права // Хозяйство и право. 2007. N 2. С. 113.

Надо полагать, что законодатель, предусматривая возможность судебного оспаривания зарегистрированного права на недвижимое имущество, не преследовал цель «изобретения» совершенно нового способа защиты гражданских прав. Напротив, здесь вполне уместно использование давно известных способов защиты. Поскольку речь идет о праве собственности на имущество, а также принимая во внимание, что конечной целью собственника, утратившего не только субъективное право на вещь, но и владение вещью, будет как восстановление права, так и получение имущества во владение, то заинтересованное лицо, реализуя норму п. 1 ст. 2 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, может заявить несколько требований: о признании права собственности на имущество, о признании недействительными сделки, ненормативного правового акта или иного основания регистрации права на имущество за ответчиком, о возврате имущества себе. Одновременное задействование этих способов защиты исчерпывающим образом восстановит нарушенное право собственности. Причем именно первое из поименованных требований прямо направлено на оспаривание зарегистрированного права ответчика, так как в подавляющем числе ситуаций оспаривания права собственности на имущество предъявить такое требование «позволяет себе» лицо, полагающее себя собственником спорной вещи. В пользу такого вывода свидетельствует некоторая «косность» регистрирующих органов, не воспринимающих судебное решение о признании недействительным основания регистрации права собственности ответчика (сделки или ненормативного акта) в качестве основания прекращения регистрации права ответчика и регистрации права собственности за истцом. Практика показывает, что заинтересованные лица все чаще избирают комплексный подход в разрешении проблемы оспаривания зарегистрированного права. Позиция привлечения для оспаривания зарегистрированного права собственности на недвижимое имущество иска о признании права находит свое подтверждение в науке. Так, Е.А. Суханов, отмечая правоустанавливающий характер регистрационной записи в отношении объекта недвижимого имущества, приходит к выводу о том, что «. спор о наличии или отсутствии вещного права на такой объект всегда сводится к спору о правильности указанной записи, т.е. должен разрешаться путем заявления иска о признании права. » .

Гражданское право: В 4 т. Т. 2 / Отв. ред. Е.А. Суханов. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2005. С. 183 — 184.

Научные исследования последних лет предлагают различные варианты разрешения вопроса о том, каким способом (каким иском) надлежит оспаривать зарегистрированное право на объект недвижимости. В упомянутой работе О.Г. Ломидзе и Э.Ю. Ломидзе предлагают использовать виндикационный иск, а также такой способ защиты, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права , обусловливая эти предложения необходимостью внесения изменений в Закон о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Оценивая эти предложения, можно отметить, что виндикационный иск предназначен для истребования собственником имущества из владения другого лица. На практике имеют место ситуации, когда истребуемое имущество не находится во владении лица, чье право зарегистрировано в реестре. В таком случае виндикация не поможет в оспаривании зарегистрированного права, не говоря уже о том, что цель виндикации совсем иная, а именно возвратить имущество собственнику.

См.: Ломидзе О.Г., Ломидзе Э.Ю. Защита права собственника недвижимости и стабилизация положения ее приобретателя: влияние регистрации // Вестник ВАС РФ. 2007. N 1. С. 21, 27 — 28.

Предложение О.Г. Ломидзе, Э.Ю. Ломидзе оспорить неправильно зарегистрированное право на недвижимое имущество посредством такого способа защиты, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права, путем восстановления в реестре записи о собственнике и погашения записи о незаконном владельце, не находит материальной основы в действующем законодательстве. К тому же надежды на появление в законодательстве о регистрации детальных предписаний для регистрирующего органа — какие регистрационные действия проводить во исполнение того или иного судебного решения — пока не находят реального воплощения.

Авторы подобных предложений вольно или невольно возвращаются к проблеме конкуренции исков, т. е. когда для реализации нормы п. 1 ст. 2 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним предлагается использовать несколько способов защиты, по выбору истца. Такой подход может окончательно запутать участников имущественного оборота и внести сумятицу в судебную практику по данному вопросу, с огромным трудом формирующуюся на протяжении ряда лет.

Оспариванию материального права на имущество адекватным будет заявление о своем праве на это имущество, что соответствует иску о признании права собственности. Причем данный иск должен сопровождаться требованием о признании недействительным материально-правового основания зарегистрированного права ответчика. Императивная формулировка нормы Закона об оспаривании зарегистрированного права только в судебном порядке не оставляет сомнения в том, что исковое заявление об оспаривании зарегистрированного права должно содержать требование о признании недействительными сделки или ненормативного акта независимо от того, является ли сделка ничтожной или оспоримой, а ненормативный акт несоответствующим закону (ст. 13 ГК РФ) или противоречащим закону (ст. 12 ГК РФ).

Как усматривается из содержания § 2 гл. 9 ГК РФ, любая гражданско-правовая сделка может быть оспорена в судебном порядке, в том числе и ничтожная, на что прямо указано в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — Постановление Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8). Надо полагать Гражданский кодекс РФ не отвергает аналогичный подход к возможности судебного оспаривания ненормативных актов.

Несомненно то, что на приведенную точку зрения последуют многочисленные замечания. Однако удовлетворить эти замечания можно только в случае изменения упомянутой императивной формулировки закона либо согласившись с тем, что вывод о незаконности основания зарегистрированного права может быть сделан во внесудебном порядке, т. е. без рассмотрения в суде отдельного иска о признании недействительным материально-правового основания зарегистрированного права. Не приводит ли это к выхолащиванию юридического смысла нормы ст. 2 Закона о регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним об оспаривании зарегистрированного права только в судебном порядке? Если сделка, положенная в основание регистрации, является ничтожной, то закономерен вопрос: почему регистрирующий орган осуществил регистрацию? Возможно, представленные на регистрацию документы не позволили регистратору обнаружить данное обстоятельство. Тогда как можно без судебного разбирательства по данному вопросу и принятия судебного акта обязать регистрирующий орган прекратить государственную регистрацию незаконно приобретенного права? Такой подход никоим образом не устроит участников рассматриваемого спорного правоотношения и тем более не подвигнет регистрирующие органы к совершению соответствующих регистрационных действий.

4. На практике обозначилась еще одна проблема, которая заключается в том, что решение суда о признании недействительным основания возникновения права ответчика на спорное имущество не воспринимается регистрирующими органами как юридический мотив к прекращению государственной регистрации права ответчика. Для исправления этой ситуации необходимо внести соответствующие изменения в Закон о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним или в Правила ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним либо ввести в судебно-арбитражную практику правило, согласно которому резолютивная часть решения суда о признании недействительным основания возникновения права ответчика на имущество должна содержать предписание о том, что данный судебный акт после вступления в законную силу является основанием к прекращению государственной регистрации права ответчика на спорное имущество.

Подобная практика действует в судах общей юрисдикции с давних пор, когда еще не существовала система государственной регистрации прав в нынешнем ее представлении. Возможно, в целях более строгой координации деятельности судебных и регистрирующих органов необходимо закрепить такую практику в форме соответствующих законоположений. При этом не следует опасаться, что органы правосудия будут вмешиваться или подменять регистрирующие органы, поскольку компетенция и полномочия тех и других четко определены действующим законодательством.

Практика деятельности регистрационной службы показывает то, что регистрирующий орган в качестве оснований для изменения в реестре сведений о собственнике воспринимает только те судебные решения, в резолютивной части которых прямо указано на прекращение права на недвижимость конкретного субъекта или на признание права собственности конкретного лица на недвижимую вещь.

В связи с этим среди юристов (ученых и практиков) раздаются предложения привести в Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним перечень исков, посредством которых допускается оспаривание зарегистрированного права. В этот список предлагают включить, в частности, иск о признании права, иск об освобождении имущества от ареста (исключении из описи), виндикационный и негаторный иски. По смыслу этих предложений судебные решения об удовлетворении названных исков являются основанием регистрации права собственности.

В качестве примера можно привести суждение В.А. Алексеева о том, что решение суда об удовлетворении виндикационного иска «. становится основанием для регистрации права собственности истца. » . С таким выводом сложно согласиться, так как в резолютивной части решения суда об удовлетворении виндикационного иска не содержится вывод о признании права на спорную вещь за истцом. Даже по этому критерию такое решение суда не может служить основанием государственной регистрации права на недвижимость. Не говоря уже о том, что виндикация не относится к так называемым искам о признании.

Алексеев В. А. Государственная регистрация прав на недвижимость и добросовестное приобретение недвижимого имущества // Закон. 2006. N 8. С. 51.

Очевидна необходимость изменения практики оспаривания зарегистрированного права и регистрации права собственности на основании судебных решений. Однако здесь следует придерживаться более четких формулировок во избежание злоупотреблений как со стороны регистрирующих органов, так и со стороны лиц, обращающихся за регистрацией прав.

Во-первых, иск об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) может быть предъявлен собственником недвижимой вещи, право которого уже зарегистрировано в реестре. В таком случае решение суда об удовлетворении этого иска не будет основанием для внесения в реестр сведений о собственнике.

Во-вторых, согласно ст. 305 ГК РФ виндикационный и негаторный иски вправе предъявить помимо собственника лицо, владеющее имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором. Иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения может быть заявлен лицом, владеющим недвижимостью на праве хозяйственного ведения, или арендатором. Несомненно то, что вывод об удовлетворении такого иска, содержащийся в резолютивной части решения суда, не может служить основанием для регистрации права собственности за истцом. Конечно, в описательной и мотивировочной части судебного акта будет обозначено действительное правовое положение истца по отношению к спорному имуществу. При судебном разбирательстве по рассмотрению виндикационного и негаторного исков, поданных собственником, подлежит выяснению факт принадлежности спорного имущества истцу на праве собственности, о чем также будет указано в мотивировочной части решения суда. Вместе с тем положения Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним и Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним не обязывают регистратора совершать регистрационные записи на основании выводов или доводов суда, содержащихся в описательной и мотивировочной части судебного акта.

По смыслу соответствующих положений процессуального законодательства выводы об отказе или удовлетворении исковых требований должны содержаться в резолютивной части судебного акта.

Очевидно то, что лицо, оспаривающее зарегистрированное право собственности, полагает себя собственником спорного имущества, хотя, по сведениям государственного реестра, не является таковым на момент подачи иска. Отсюда следует вывод о том, что оспаривание зарегистрированного права собственности с необходимостью требует признания права собственности за истцом. Для этого как раз предусмотрен такой способ защиты гражданских прав, как иск о признании права.

Поскольку ни материальное, ни процессуальное законодательство не запрещают предъявление нескольких требований в одном исковом заявлении, то одновременная подача иска о признании права собственности на недвижимую вещь и виндикационного иска (если спорная вещь не находится во владении истца) представляет собой адекватный способ защиты при оспаривании зарегистрированного права собственности.

В таком случае вряд ли уместно говорить об усложнении процедуры оспаривания зарегистрированного права собственности. Стремление к упрощению юридических приемов реализации защиты гражданских прав и совершенствование юридической техники не должны возобладать над сущностью (правовой природой) гражданских прав. Напротив, приемы юридической техники в конкретных законодательных конструкциях должны быть понятны не только правоприменительным органам, но и каждому участнику гражданского оборота, в первую очередь для эффективной защиты гражданских прав.

Поэтому наряду с иском о признании недействительным основания возникновения зарегистрированного права иск о признании права собственности на недвижимость, предъявленный к лицу, незаконно зарегистрировавшему право собственности, и удовлетворение такого иска можно представить в качестве формы реализации законоположения об оспаривании зарегистрированного права в судебном порядке, а также в качестве основания к прекращению государственной регистрации права собственности ответчика.

5. Судебно-арбитражная практика, которая нередко выступает источником проблем для теоретических исследований, обозначила еще одну интересную ситуацию, связывающую проблемы исковой давности и защиты права собственности. Собственник по прошествии более трех лет решает возвратить давно утраченное имущество. При этом он понимает, что виндикационный иск будет отклонен по мотивам пропуска исковой давности. Добиться желаемого результата путем оспаривания «цепочки» сделок, в результате которых имущество попало к последнему владельцу, у собственника мало шансов. Особенно ясно это следует из положений Постановления Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2003 г. N 6-П, где четко проведена грань между реституцией и виндикацией.

Какой же путь избирает собственник? Он подает иск о признании права собственности на спорное имущество, тем самым пытаясь оспорить зарегистрированное право ответчика. К чему собственно его «подталкивают» положения ст. 2 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним о судебном оспаривании зарегистрированного права на недвижимое имущество.

Ответчик, конечно же, заявляет об истечении срока исковой давности. По мнению истца, на заявленное им требование исковая давность не распространяется в силу норм ст. 208 ГК РФ. Помимо этого истец считает, что существование приобретательной давности (ст. 234 ГК РФ) также препятствует применению исковой давности. Полагаем, что позиция истца не основана на нормах действующего законодательства. И вот по каким причинам.

Гражданское право и действующее гражданское законодательство не отождествляют такие способы защиты гражданских прав, как признание права (ст. 12 ГК РФ) и требование собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК РФ).

Именно к последнему иску (негаторному) не применяется исковая давность согласно правилам ст. 208 ГК РФ. Тогда как требование о признании права (в том числе права собственности) не включено законодателем в число требований, на которые исковая давность не распространяется.

Такой подход законодателя объясняется общими положениями о праве собственности, согласно которым на собственнике лежит бремя по содержанию имущества (ст. 210 ГК РФ), а также риск случайной гибели или повреждения имущества (ст. 211 ГК РФ). Данные положения закона указывают на то, что собственник или уполномоченные им органы (если речь идет о собственности публично-правового образования) должны принимать меры к сохранности своего имущества, в том числе предотвращать выбытие его помимо их воли.

Поэтому при рассмотрении спора суду не следует принимать во внимание доводы истца о нераспространении законодателем срока исковой давности на требования о признании права, в том числе в связи с наличием в Гражданском кодексе института приобретательной давности. По смыслу норм ст. 234 ГК РФ лицо, владеющее имуществом по давности, не лишено защиты путем заявления об истечении исковой давности в ответ на требование другого лица о признании права на это имущество. Напротив, защита давностного владельца как от виндикационных притязаний, так и от иска другого лица о признании права на это имущество с помощью исковой давности отвечает предназначению данного правового института. Ведь приобретательная давность служит упорядочению имущественного оборота с целью недопущения «выпадения» из гражданского оборота вещей, которые в силу различных причин вышли из-под господства собственника. Поэтому охрана имущественных интересов давностного владельца превалирует в этих случаях над имущественными интересами собственника, поздно спохватившегося о своем имуществе.

Доводы истца о том, что действующее законодательство не предусматривает истечение исковой давности в качестве основания возникновения права собственности, в свою очередь, не могут служить юридическим аргументом в пользу вывода о нераспространении исковой давности на требование о признании права. Нормами Гражданского кодекса РФ прямо не урегулирован правовой режим принадлежности имущества в случае отказа в удовлетворении исковых требований собственника по мотивам пропуска исковой давности. Хотя статус имущества, попадающего в режим давностного владения (ст. 234 ГК РФ), наиболее близок в подобной ситуации.

Таким образом, на заявленное исковое требование о признании права собственности распространяется общий срок исковой давности в три года (ст. 196 ГК РФ). Логика законодателя здесь очевидна. Изъятие негаторного иска (ст. 304 ГК РФ) из-под действия исковой давности объясняется тем, что имущество не выбыло из владения собственника. Надо полагать, что в ст. 304 ГК РФ под владением законодатель подразумевает только непосредственное обладание вещью.

Не исключается возможность предъявления иска о признании права собственности на имущество лицом, которое им владеет, что будет свидетельствовать о небесспорности нахождения у него имущества (в судебно-арбитражной практике такие иски не редкость). В этом споре либо в другом, где это лицо уже будет ответчиком, его иллюзии о субъективном праве на имущество могут быть развеяны.

Если право собственности истца не было зарегистрировано до подачи иска, то факт предъявления таким лицом иска о признании права собственности на недвижимую вещь означает наличие юридических пороков в приобретении этой вещи. Именно присутствие таких пороков не позволило истцу зарегистрировать право собственности, не прибегая к обращению в суд. В случае отражения такого иска с помощью исковой давности вещь либо попадет в режим задавненного имущества, либо будет отобрана у истца посредством предъявления соответствующего иска лицом, которое в установленном законом порядке подтвердит свое право на вещь. В то же время отказ в удовлетворении подобного иска в связи с заявлением ответчика о пропуске срока исковой давности отнюдь не означает » автоматического» возникновения права собственности у ответчика. И уже тем более такое судебное решение не может служить основанием для государственной регистрации права собственности за ответчиком.

На первый взгляд выглядит нелогичной мысль о применении исковой давности к иску о признании права собственности, заявленному лицом, полагающим себя собственником и не утратившим владение спорной вещью на момент подачи иска. Такая оценка зиждется на отождествлении иска о признании права собственности и негаторного иска. Нераспространение законодателем исковой давности на негаторный иск обусловлено двумя решающими обстоятельствами. Во-первых, бесспорностью титула собственника у истца, во-вторых, нахождением имущества во владении истца.

Наличие этих факторов наряду с неприменением к негаторному иску срока исковой давности позволяет защитить собственника от нарушений, не связанных с лишением владения, независимо от периода времени, прошедшего с момента нарушения права, и с момента, когда собственнику стало известно о нарушении его права. Тем самым подтверждается устойчивость правового режима принадлежности имущества конкретному субъекту и стабильность имущественного оборота в целом.

Тогда как подача иска о признании права собственности на имущество (к тому же лицом, владеющим спорной вещью) указывает на присутствие определенных объективных сомнений в правомерности приобретения имущества истцом, притом что в гражданском законодательстве достаточно четко обозначены основания и момент возникновения права собственности как на движимые, так и на недвижимые вещи. Во избежание того, чтобы действия собственника, спохватившегося о своем имуществе за пределами срока исковой давности, не дестабилизировали правовое положение имущества, находящегося у другого лица, последнее вправе заявить о пропуске срока исковой давности на требование нерадивого собственника о признании права собственности.

Когда по мотиву пропуска срока исковой давности будет отказано в удовлетворении иска о признании права собственности лицу, владеющему спорной вещью, и возможность истребовать ее у последнего заинтересованным лицом будет утрачена (также по мотиву исковой давности), то вещь попадет в режим задавненного имущества.

Принимая во внимание то, что давностное владение регулируется законом (ст. 234 ГК РФ), а также учитывая перспективу приобретения задавненного имущества в собственность, истец, оказавшись в положении давностного владельца, будет иметь имущественный интерес в сохранении имущества у себя. Расходы по содержанию имущества могут окупиться хозяйственным использованием имущества непосредственно давностным владельцем.

Если лицо, владеющее недвижимой вещью, вместо «узаконения» своего права с помощью государственной регистрации обратилось за судебной защитой посредством подачи иска о признании права собственности на эту вещь, предъявив такое требование конкретному субъекту, то отказ в иске в связи с заявлением ответчика о пропуске срока исковой давности «не ущемит» субъективное право истца на вещь, которого (права) в сущности и не было до подачи иска. Иск о признании права собственности на имущество предназначен для подтверждения в судебном порядке правомерности оснований приобретения имущества, а не для восполнения юридических пороков его приобретения. Здесь не идет речь о признании права собственности на самовольную постройку (ст. 222 ГК РФ) и на бесхозяйную вещь (ст. 225 ГК РФ).

Таким образом, не имеется оснований полагать упущением законодателя отсутствие иска о признании права в перечне требований, на которые исковая давность не распространяется (ст. 208 ГК РФ).

К сказанному можно добавить следующее. Попытки представить иск о признании права собственности на имущество в качестве одного из требований собственника об устранении нарушений, не связанных с лишением владения, в сущности сводятся к характеристике иска о признании права собственности как понятия, меньшего по объему по отношению к негаторному иску. Однако такой подход близок к конкуренции исков, к чему законодатель явно не стремится, отграничивая такие способы защиты гражданских прав, как иск о признании права и негаторный иск, а юридическая наука и судебно- арбитражная практика постоянно ищут пути решения вопроса о конкуренции исков в гражданском праве.

Если допустить гипотетическую ситуацию, когда обладатель зарегистрированного права собственности, владеющий недвижимым имуществом, для отражения необоснованных притязаний (длящихся свыше трех лет) со стороны другого лица предъявит требование о признании права собственности, а ответчик заявит об истечении срока исковой давности, то субъективное право истца не прекратится. В подобной ситуации решение суда об отказе в иске не может служить основанием для возникновения материального права на имущество у ответчика. Если в центре спора была недвижимость, то решение суда не является основанием для аннулирования государственной регистрации права собственности истца. Обозначенная ситуация может свидетельствовать о неверном избрании собственником способа защиты права (т.е. когда средство защиты не адекватно нарушению). С тем чтобы стать предметом судебного разбирательства, нарушение гражданских прав должно быть конкретным и объективно выраженным вовне. Тогда возникают предпосылки для использования собственником негаторного требования (ст. 304 ГК РФ).

В литературе высказано мнение о том, что «. требование истца о признании права обращено не к ответчику, а к суду, который должен официально подтвердить наличие или отсутствие у истца спорного права» . Однако исковое производство в суде a priori предполагает присутствие в деле ответчика, имеющего возражения относительно предмета иска. Без участия ответчика и учета его возражений в суде рассматриваются заявления об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

Гражданское право: Учебник: В 3 т. Т. 1. 6-е изд., перераб. и доп. / Отв. ред. А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой. М., 2005. С. 342 (автор главы — А.П. Сергеев).

Гораздо запутаннее будут складываться правоотношения в приведенном нами примере из судебно-арбитражной практики, когда собственник, осознавая невозможность возврата имущества с помощью виндикации по причине пропуска срока исковой давности, предъявляет требование о признании за ним права собственности. Если это требование будет удовлетворено, невзирая на заявление ответчика о пропуске исковой давности, тогда субъективное право окажется «оторванным» от имущества, так как возвратить имущество себе юридическими средствами собственник не сможет. В этом случае можно было бы предположить о злоупотреблении правом на стороне истца, что в силу положений ст. 10 ГК РФ должно служить основанием к отказу в иске. Однако это совсем не та ситуация применительно к нормам ст. 10 ГК РФ, когда законодатель допускает отказ истцу в судебной защите права по мотиву злоупотребления этим правом. Здесь уместно вспомнить один из постулатов римского права о владении и собственности, суть которого заключается в том, что только до истечения срока виндикации имущества можно говорить о наличии воли на владение имуществом.

В литературе высказано опасение по поводу того, что «. распространение исковой давности на требования собственника о признании его права повлечет следующее неразрешимое противоречие: если при незаконном отчуждении право недобросовестного приобретателя, получившего владение недвижимостью, будет зарегистрировано в реестре, применение срока исковой давности приведет к наделению недобросовестного приобретателя всеми внешними атрибутами собственника. » . Высказывая такое опасение, авторы, наверное, забывают о том, что от недобросовестного приобретателя имущество может быть истребовано по правилам п. 1 ст. 302 ГК РФ в любом случае. Правда, недобросовестный приобретатель может воспользоваться исковой давностью и оставить имущество у себя. В этом случае требование собственника о признании за ним права собственности (не подверженное исковой давности) не поможет собственнику возвратить имущество. Снова возвращаемся к ситуации, когда титул на вещь оказывается «оторванным» от самой вещи. Юридическая несуразность такого положения не нужна никому: ни собственнику, ни приобретателю.

Ломидзе О.Г., Ломидзе Э.Ю. Защита права собственника недвижимости и стабилизация положения ее приобретателя: влияние регистрации // Вестник ВАС РФ. 2007. N 1. С. 27.

Напротив, применение исковой давности к требованию собственника (утратившего владение вещью) о признании за ним права собственности на эту вещь будет корреспондировать с невозможностью для собственника возвратить себе имущество с помощью виндикации по причине пропуска срока исковой давности. Иначе эти два иска окажутся противопоставленными друг другу, к чему оснований в материальном праве не имеется.

Подход, согласно которому на иск о признании права собственности на имущество исковая давность не распространяется, соединенный с точкой зрения об оспаривании с помощью этого иска зарегистрированного права собственности на недвижимость, может привести к необоснованному наделению данного иска свойствами юридического средства отобрания имущества у нового собственника. Неблагоприятные последствия для имущественного оборота очевидны. Возвращение прежнему собственнику титула на имущество с помощью иска о признании права собственности, не подверженного действию исковой давности, при невозможности истребования имущества посредством виндикационного иска исключит имущество из гражданского оборота, так как титул окажется «оторванным» от вещи. Не умаляя юридических достоинств иска о признании права собственности на имущество, следует признать, что на данное требование исковая давность распространяется. Даже в том случае, когда посредством этого иска оспаривается зарегистрированное право собственности на недвижимое имущество. Следует также иметь в виду, что иск о признании права собственности на имущество сам по себе, без оспаривания оснований регистрации права собственности ответчика, не может привести к изменению субъекта права собственности на спорную вещь. Вновь приходится констатировать: один способ защиты гражданских прав не может устранить последствия нарушения гражданского права, для защиты от которого предназначен другой способ защиты гражданских прав.

6. Нередко иск о признании права собственности предъявляется в тех ситуациях, когда правовых предпосылок для этого не имеется.

Например, используют такой иск бывшие колхозы (ныне существующие в организационно-правовой форме сельскохозяйственных кооперативов или хозяйственных обществ). Причем ответчиком называют администрацию публично-правового образования, где расположены объекты недвижимости.

В данном случае иск направлен на упрощение процедуры государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество. И вот почему.

Администрация муниципального образования не возражает против принадлежности зданий и сооружений колхозу и его правопреемнику. Уполномоченные органы Российской Федерации и субъекта Российской Федерации не выразили правопритязаний на это имущество. Объекты находятся в границах земельного участка, предоставленного колхозу еще в 70-е гг.

В подобной ситуации бывший колхоз не лишен возможности подтвердить свое право собственности во внесудебном порядке. Для этого потребуется изготовить технические паспорта и тем самым поставить объекты на учет в органе технической инвентаризации, получить заключение полномочных и компетентных государственных органов о соответствии объектов градостроительным и строительным нормам и правилам, после чего предъявить объекты к сдаче в эксплуатацию местной администрации. Учитывая то, что последняя признает право бывшего колхоза на объекты, акт приема объектов в эксплуатацию должен быть утвержден. Затем можно идти в регистрационную службу. Конечно же, при этом должны быть правоустанавливающие документы на землю под объектами. Если администрация откажет в утверждении акта приема в эксплуатацию, то такой отказ может быть обжалован в суд.

Новым Градостроительным кодексом РФ предусмотрена выдача разрешения на ввод объекта в эксплуатацию (ст. 55). Представляется, что правопреемники бывших колхозов не лишены возможности соблюсти требования этой статьи Кодекса и получить такое разрешение, которое, в свою очередь, служит для регистрационной службы основанием регистрации субъективного права на объекты недвижимости.

Вместо этой процедуры, длительной по времени и финансово затратной, колхозы или их правопреемники обращаются в арбитражный суд. Понятно, что при подаче иска они не имеют названных документов. Спрашивается, на основании каких документов арбитражный суд должен удовлетворить такой иск? Ведь при государственной регистрации в качестве оснований регистрации будет указан судебный акт. Если истец не представит суду всех приведенных документов, то в иске следует отказывать. Тогда не проще колхозу узаконить объекты за собой во внесудебном порядке.

Практика рассмотрения в арбитражных судах подобных дел показывает, что финансовое неблагополучие колхозов и других хозяйствующих субъектов в совокупности с инертностью их руководителей или арбитражных управляющих (если организация доведена до банкротства) делают арбитражный суд заложником ситуации, когда эти субъекты при отсутствии документов, необходимых для государственной регистрации права собственности на объекты недвижимости, требуют от суда удовлетворения требований о признании права собственности. Такой подход юридически и фактически порочен. В действующем законодательстве не имеется правовых оснований для удовлетворения подобных требований.

В целях упрощения процедуры государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество с исками о признании права собственности в арбитражные суды также обращаются хозяйственные общества, созданные на базе профсоюзной собственности в ходе реализации Постановления Президиума Совета Федерации Независимых Профсоюзов России (ФНПР) от 26 августа 1992 г. N 6-12 «О неотложных мерах по преобразованию предприятий, основанных на собственности профсоюзов и их добровольных объединений, в акционерные общества». Причем ответчиком по таким искам называют ФНПР, которая не претендует на указанное в иске имущество. Данное обстоятельство в совокупности с тем, что истцы не обращались в Федеральную регистрационную службу и не получали отказ в государственной регистрации, прямо указывает на то, что поведение истцов направлено на упрощение процедуры государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество.

Почти во всех приведенных примерах «искусственно» созданных исков о признании права собственности истцы используют такой путь с тем, чтобы избежать длительной и затратной процедуры получения права на земельный участок, занятый объектами недвижимости, так как при осуществлении государственной регистрации на основании решения суда в соответствии со ст. 28 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним не требуются правоустанавливающие документы на земельный участок. Тогда как после государственной регистрации права собственности на объекты недвижимости на основании судебного решения новоиспеченный собственник недвижимости потребует от публично-правового образования предоставления ему земельного участка в собственность или в аренду (ст. 36 ЗК РФ).

Заявляя подобные иски о признании права собственности на объекты недвижимого имущества, хозяйствующие субъекты возлагают надежды на ст. 28 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, положения которой регулируют порядок государственной регистрации прав на недвижимость, установленных решением суда.

Как видим, основной предпосылкой таких исков служит отсутствие у хозяйствующих субъектов правоустанавливающих документов на объекты недвижимости и на земельные участки под ними, а также боязнь по этим причинам получить отказ регистрационной службы в государственной регистрации субъективного права. Очевидность обоснованности такого отказа и бесперспективность его судебного обжалования «подталкивает» владельцев недвижимости к предъявлению в арбитражные суды надуманных исков о признании права собственности на объекты недвижимости. Сторонники точки зрения о том, что подобные иски являются обоснованными, подлежат рассмотрению и удовлетворению судом, вольно или невольно предлагают заменить судебным решением пусть сложные, но обязательные и урегулированные действующим законодательством процедуры оформления правоустанавливающих документов на земельные участки и объекты недвижимости.

Подобные примеры надуманных, несуществующих споров выхолащивают сущность иска о признании права собственности на имущество, низводя его до простой констатации факта владения истцом имуществом как своим собственным. Вместе с тем такая правовая ситуация не тождественна установлению в судебном порядке права собственности на имущество конкретного лица и к тому же непосредственно урегулирована материальным и процессуальным законодательством.

7. Владение имуществом как своим собственным представляет собой один из элементов сложного юридического состава, необходимого для возникновения права собственности в силу приобретательной давности по ст. 234 ГК РФ. В свою очередь, факт владения имуществом как своим собственным может быть подтвержден в судебном порядке. Нормами гл. 27 АПК РФ регламентированы правила рассмотрения дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение. В соответствии с ч. 1 ст. 218 АПК РФ арбитражный суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение для возникновения, изменения или прекращения прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. В части второй этой же статьи Кодекса законодателем приведен перечень так называемых юридических фактов, устанавливаемых арбитражным судом. К их числу отнесен факт владения и пользования юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем недвижимым имуществом как своим собственным.

Таким образом, после установления решением арбитражного суда факта владения конкретным лицом недвижимым имуществом как своим собственным и при наличии других элементов сложного юридического состава, предусмотренного п. 1 ст. 234 ГК РФ, у этого лица возникнут предпосылки для государственной регистрации за собой права собственности на недвижимую вещь в силу приобретательной давности.

Стало быть, действующее законодательство не предусматривает необходимость обращения в суд с иском о признании права собственности на имущество, возникшее по правилам о приобретательной давности. Этот подход законодателя не всегда удается уяснить не только хозяйствующим субъектам, но и правоприменительным государственным органам. Встречаются ситуации, когда арбитражные суды по заявлению лица об установлении юридически значимого факта владения недвижимым имуществом как своим собственным принимают решение о признании права собственности на эту недвижимость за лицом, которое такого требования не заявляло. На незаконность такого судебного решения указывает четко проведенное законодателем отграничение правовых ситуаций, когда имеются предпосылки для установления юридически значимого факта владения недвижимым имуществом как своим собственным, от реальных (а не эфемерных) споров о праве на недвижимость.

Соблюдение давностным владельцем недвижимого имущества всех условий, предусмотренных законодателем для возникновения права собственности, в силу приобретательной давности не делает его «автоматически» собственником имущества. Момент возникновения права собственности на недвижимость у давностного владельца обусловлен моментом государственной регистрации права (п. 1 ст. 234 ГК РФ).

Правила этой статьи Кодекса, так же как и положения Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, не содержат предписаний о том, какой юридический факт (или факты) служат основанием для государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество, возникшее в силу приобретательной давности. Сложный юридический состав, куда входят добросовестность, открытость и непрерывность владения как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, вряд ли будет воспринят в качестве такого основания регистрирующим органом и указан в соответствующем разделе государственного реестра.

Юридические факты, служащие основанием возникновения гражданских прав, оформляются, удостоверяются, подтверждаются необходимыми документами. Законодательство не предусматривает исключения для права собственности на имущество. Именно через проверку этих документов государственный регистратор обязан проверить законность возникновения субъективного права, за регистрацией которого обратилось заинтересованное лицо. Здесь и возникают трудности, поскольку достаточно сложно документально отразить и зафиксировать такие юридически значимые состояния, как добросовестность, открытость, непрерывность владения недвижимым имуществом, да еще как своим собственным. Сведения, относящиеся к названным юридическим обстоятельствам, могут содержаться в различных документах. Например, в документах технического инвентарного учета зданий, строений, сооружений, оформление которых возложено на соответствующие государственные органы; в налоговых декларациях об уплате налога на имущество и др. Совокупность подобных сведений позволит установить те обстоятельства, с наличием которых законодатель связывает возникновение права собственности по давности владения.

Даже если допустить то, что государственный регистратор установит наличие названных обстоятельств, открытым останется вопрос, какой юридически значимый факт надлежит вносить в государственный реестр в качестве основания возникновения права собственности в силу приобретательной давности? Вряд ли упрочит стабильность оборота недвижимости практика регистрации права, когда в качестве основания будут указаны добросовестность, открытость или непрерывность владения имуществом.

Вместе с тем упомянутые юридически значимые обстоятельства могут быть установлены судом при рассмотрении заявления давностного владельца об установлении факта, имеющего юридическое значение, а именно факта владения и пользования недвижимым имуществом как своим собственным. Однако решение суда об удовлетворении такого заявления законодателем прямо не предусмотрено в качестве основания приобретения права собственности на имущество, поскольку факт владения имуществом (даже подтвержденный судебным решением) не тождественен субъективному праву на имущество.

Видимо, здесь не обойтись без законодательных изменений в ст. 234 ГК РФ и п. 3 ст. 6 Закона о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Причем эти изменения не должны привести к умалению приобретательной давности как основания приобретения имущества в собственность. В их основу должно быть положено осознание и понимание того, что судебное решение об установлении юридически значимого факта владения недвижимым имуществом как своим собственным не может быть квалифицировано в качестве основания возникновения гражданских прав применительно к нормам ст. 8 ГК РФ. И не только потому, что решение суда принято не в исковом производстве и отсутствует спор о праве. В данном случае субъективное право на имущество возникает в силу закона, на основании сложного юридического состава, обозначенного в ст. 234 ГК РФ. Суд всего лишь проверит действительное наличие всей совокупности этих обстоятельств и подтвердит факт давностного владения недвижимостью конкретным лицом. Произведенная на основании такого решения государственная регистрация удостоверит законность приобретения имущества в собственность в силу приобретательной давности.

Даже если после этого объявится лицо, претендующее на имущество, то оно будет иметь возможность оспорить зарегистрированное право собственности давностного владельца. В данном случае посредством обжалования упомянутого судебного решения по правилам, предусмотренным процессуальным законодательством. В случае обнаружения претендента на имущество до государственной регистрации права собственности давностного владельца спор между ними подлежит рассмотрению в исковом производстве.

Предложенный нами подход к разрешению вопроса об основаниях государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество, возникшее в силу приобретательной давности, может вызвать возражения, обусловленные традиционным представлением о судебном решении по заявлению об установлении факта, имеющего юридическое значение, которое сводится к тому, что установление факта не тождественно установлению субъективного права. На эти возражения можно ответить тем, что действующее законодательство не содержит четкого ответа на данный вопрос. При рассмотрении соответствующего заявления давностного владельца суд не только установит факт владения имуществом, но и выяснит наличие всего сложного юридического состава, предусмотренного в п. 1 ст. 234 ГК РФ. Трудно представить, на какой правоприменительный орган (кроме суда) может быть возложена эта задача.

Подобное законодательное изменение необходимо хотя бы для того, чтобы предотвратить практику регистрации права собственности давностного владельца на основании ст. 234 ГК РФ, как это имеет место при государственной регистрации права федеральной собственности на земельные участки на основании конкретных статей Земельного кодекса РФ. Такая порочная практика свидетельствует не столько о «беспомощности» или «беспечности» регистрирующих органов, сколько о пробелах в законодательстве.